Демократия не всем по силам

Карелова Г.

Российской женщине-политику постоянно приходится конкурировать с мужчинами. Нашей землячке Талине Кареловой знакомы в этой, порой невидимой, борьбе и победы, и поражения.


 Галина Карелова
 

Побед гораздо больше. Сначала она обошла «представителей сильного пола» на выборах в областной Совет депутатов, фактически руководителем которого вскоре стала. Но просуществовал тот выборный орган совсем недолго и упразднен был Указом Президента прежде всего за нашумевший эксперимент с Уральской республикой. Затем была блестящая победа на выборах в Совет Федерации. Сенаторами от области тогда стали двое - Карелова и Росселъ. А затем из десяти комитетов Совета Федерации, при изумляющем единодушии депутатов, только один доверили женщине. Екатеринбурженка, кандидат экономических наук Галина Карелова в отличие от многих мужчин, не побоялась сесть в кресло председателя Комитета по социальной политике, которое изначально в нашей стране играет роль мишени для перекрестного огня критики и недовольства.

На следующих выборах в Государственную Думу соперниками Кареловой по ее избирательному округу были уже 16 мужчин. За плечами одних - авторитет партий и движений, которые они представляли; у других - серьезная финансовая поддержка коммерческих структур. Независимый кандидат Карелова намного обошла всех, не прибегая, как некоторые соперники-мужчины, но явно не джен-телъмены, ни к заказным газетным лживым статьям, ни к клеветническим подметным листовкам. Видимо, наши избиратели начинают ценить в своих избранниках профессионализм, честность, бесстрашие в политической борьбе.

В середине прошлого года Галине Кареловой был предложен пост заместителя министра труда и социального развития. Выбор пал именно на женщину в самое нелегкое по задачам у нас ведомство, на мой взгляд, неслучайно. Людям, занимающимся в России социальной политикой, постоянно приходится бороться с последствиями нашей экономической неразберихи и нестабильности. А жизнь подсказывает, что часто женщины гораздо лучше мужчин умеют держать «удар». Кроме того, именно они самой природой приговорены к тому, чтобы быть нетерпимыми к любой несправедливости, в том числе и социальной. Видимо, мужчинам в нашей стране уготована - «большая» политики, а женщинам прежде всего -«социальная».

- Галина Николаевна! Вам довольно продолжительное время приходилось отстаивать в столице интересы своего региона. Теперь, наоборот, Вы выступаете в роли московского чиновника. Изменился ли Ваш взгляд на проблему «регионы - центральная власть»?

- Проблема приобрела другое содержание. Раньше действительно интерес региона был подчинен интересу центральной власти, и его надо было защищать, отстаивать. Массу аргументов надо было привести, чтоб доказать свое право на кусочек бюджетно-федерального пирога. Для большинства рядовых россиян центральная власть до сих пор -самая главная. Как будто не было парада суверенитетов, борьбы регионов за самостоятельность и суперсложного процесса разделения компетенции различных уровней власти. В конце концов состоялась новая Конституция России. Страна изменилась. Главным субъектом реализации социальной политики стала региональная власть. Плюс к этому набирающие силы органы местного самоуправления, «играющие» на поле своих полномочий и возможностей. Центр властью, как просили регионы, поделился, но она многим оказалась не по силам. В этих условиях более сложной стала проблема ответственности власти каждого уровня перед населением и перед друг другом. А вот с этим у нам не все в порядке. Нормой стало не только принятие ответственности на себя, сколько виртуозное отведение ее на другого. Что это? Проблемы роста. Отчасти, да. Должно пройти ни одно десятилетие, чтобы этот уровень ответственности выработался. Наряду с этим отсутствуют законные возможности привлечения к той самой ответственности любого органа власти или властное лицо. И прав перед людьми всегда оказывается тот, у кого выше ранее сложившийся авторитет или больше информационных возможностей.

В этой связи прекрасный пример взятия ответственности на себя совсем недавно продемонстрировал Президент России. Вспомните: острая ситуация в конце года по погашению долгов по зарплате бюджетникам. Федеральная власть свою часть долгов выплатила. Однако Президент не снял ответственность с правительства России за долги регионов. Напротив, весьма жестко напомнил, что оно отвечает за решение проблемы в целом. Поначалу это показалось несправедливым: любая власть должна отвечать в рамках своей компетенции. Но, проанализировав, понимаешь, что другого и быть не может: в критической ситуации перед людьми одинаково ответственны должны быть все. Гармония власти, ее эффективность - не только в четко работающих властных уровнях самих по себе, а в обеспечении нормальных условий жизни людям. Неслучайно, в государствах, успешно развивающихся, власть не видна, ее интерес не выпячивается на фоне всего многообразия интересов людей. И в то же время, каждый житель там разбирается в сути власти, ее уровнях, знает, как реализовывать свои права. Этот путь нам только еще предстоит пройти.

- Почему, на Ваш взгляд, слово «чиновник» употребляется в России чаще всего с отрицательным значением?

- Есть стереотипы общественного сознания, которые передаются из поколения в поколение. С этим трудно что-либо поделать. Я вспоминаю отца, участника Великой Отечественной войны, трудягу, бессменного председателя уличного комитета в маленьком уральском городке. Он все умел, прошел всю войну и ничего не боялся. От этого, несмотря на свой небольшой рост, он мне всегда казался величественным. Но были ситуации, когда он вдруг становился таким маленьким! Это отец собирался в горсовет. Он тщательно переписывал бумаги, меня заставлял помогать. В такие моменты никто не шутил. И проблемы-то шел решать не свои, а уличные: провести воду, помочь похоронить или справить свадьбу. Я чувствовала, как он боится, что ему откажут в просьбе. Стыдно будет, что он не смог что-то решить, неудобно за власть. Власть тогда не ругали, но и не хвалили. Детское восприятие чиновников, которые, как правило, отказывали, укрепилось прочно. Я не понимала, почему людям, имеющим хороший новый большой дом, дают еще и квартиру, только потому, что они работают во властных органах. Кто же истинно нуждался, так и остался при многочисленных жалобах и заявлениях.

Эти же мысли преследовали меня, когда я стала заниматься созданием молодежного жилого комплекса в Свердловске. 5 лет мы пробивали идею, сколько сделали бумаг, обоснований. До больших людей прорывались, как через минное поле. Чиновники поменьше кроме слова «нельзя» долгое время ничего другого не говорили. Ну, а когда мы, эм-жековцы, вдруг заявили, что хотим участвовать в выборах, то мы увидели, насколько талантлив этот чиновник на интриги.

С ними надо дружить, решили мы. Результат - на следующие выборы нас хотя бы зарегистрировали кандидатами.

Цепочку формирования отношения к чиновнику можно продолжать. Нет человека, кто бы не познакомился в той или иной ситуации с сутью чиновника. И ситуации разные, а результат один, ну не любим мы его.

Соответственно: и он нас. Если же отвечать на вопрос без эмоций, пытаясь понять природу негативного отношения, то, на мой взгляд, это связано с узкой компетенцией, а отсюда, небольшими возможностями конкретного чиновника. В ряде случаев он бы и рад помочь, но не в его это силах. Конечно, часто чиновник, чтобы выполнить поручение, может привлечь к этому самых разных специалистов, попробовать различные технологии, но проще, гораздо проще, бывает отказать. У чиновника всегда есть право выбора: сделать или не сделать. Такой вариант поведения продиктован законодательством. Нет четкого механизма его реализации, нет четкой ответственности за невыполнение. Помимо этого, как я уже упоминала, многие проблемы обострились в связи с наличием сегодня трех властных интересов (федерального, регионального, муниципального), каждый из которых пока амбициозен и не всегда ответственен. То есть, у чиновника появилась еще одна степень свободы - кивнуть на другой уровень власти (а не только на чиновника другого ведомства). Итак, к старым причинам негативного отношения к чиновникам добавились еще и новые.

- Какие причины, по Вашему мнению, приводят к коррупции, взяточничеству и другим аморальным явлениям в среде российского чиновничества? Что необходимо сделать, чтобы наше общество уважало профессионалов-чиновников, без которых ни одно государство обойтись не может?

- Вопрос риторический. Пока есть чиновники, будет и коррупция. Правда, есть периоды, когда эти негативные явления в среде чиновничества практически не видны для общественного глаза, а иногда, наоборот, разрастаются, как раковая опухоль. В общественном сознании бытует точка зрения: если заметно повысить зарплату чиновникам, то они будут меньше брать взятки. На мой взгляд, исключительно неверная посылка. Не боюсь быть неоригинальной, но надо вначале решить основные проблемы общества, прежде всего экономические, когда большая часть людей, а не только высшие чиновники, будут жить достойно. Чем более отлаженным будет государственный механизм, чем больше людей будет меньше нуждаться в чиновниках, тем поубавится у последних возможностей претендовать на взятку, на холодное пренебрежительное отношение к людям. Напротив, они будут стремиться постоянно доказывать свою нужность, чтобы не быть сокращенными в этом обществе.

- Считается, что выходцам из провинции тяжело приживаться в московских «коридорах» власти. Как в новой должности себя ощущаете Вы?

- Ну, во-первых, Екатеринбург - это далеко не провинция. Школа, которую я со своими коллегами прошла в органах самоуправления молодежного жилищного комплекса, затем в Свердловском областном Совете, дорого стоит. Существо проблем, которыми я занималась десять лет назад и сейчас, почти не изменилось. Просто уровень решения и возможности стали другие. Вот это я чувствую. Мне повезло, что у меня есть опыт работы на уровне региона, если понимаете, что и как решается в Совете Федерации, в Государственной Думе. Меня не страшат московские «коридоры» власти, потому что профессионально я готова к новой должности. А самое главное, я чувствую что могу по-человечески решать социальные проблемы, которые, это уж точно, нельзя решать по-чиновничьи ... Они требуют исключительного человеческого подхода и внимания.

- Вы как-то заметили, что теперь Вам часто приходится встречаться с «горем с поезда». Что Вы имели в виду?

- По роду своих обязанностей я курирую департамент по делам семьи, женщин и детей и управление по жалобам, письмам и обращениям. Многие люди, приехав в Москву, первым делом едут к нам, как они называют по-старинке, в Министерство социальной защиты. Наше управление по жалобам и раньше работало как скорая социальная помощь каждому второму здесь могли оказать необходимую поддержку.

Но сейчас, как говорят наши давние работники, очень изменились, употреблю это чиновничье слово, - контингент обращающихся. Приезжают люди исключительно бедные, нищие. Раньше таких были единицы. Я вижу это горе каждого дня, порой охватывает отчаяние, когда понимаешь, что кроме какого-то минимума - одежды, обуви, лекарств, - мало еще чем сегодня можно помочь. Социальная доктрина страны должна предусматривать не льготы отдельным слоям населения, как это было раньше и как еще есть теперь, а реальные гарантии для каждого гражданина, чтобы он чувствовал себя уверенным. Необходимо выработать модель устойчивого развития государства с обеспечением всем гражданам достойного уровня жизни.

- Такой практики - поездки в столицу за помощью во многих странах не существует. А у нас по-прежнему люди с бедой едут в Москву, к «царю-батюшке», хотя проблема должна решаться на месте. Когда мы это изживем?

- Люди едут в столицу, потому что по старой привычке помнят: при партийной системе центральный комитет мог приказать нижестоящим организациям и те выполнят беспрекословно. А теперь есть такое понятие, как разделение компетенции по уровням власти. По многим проблемам ехать в столицу нет смысла, они могут быть разрешены только на месте. У людей же нет первичных знаний, куда, к кому, с какой просьбой они могут обратиться. И у нас сейчас очень трудно преодолеть, так называемый уровень серости людей, что касается этих вопросов, идет интенсивное законотворчество. Например, за последние пять лет только по детям вышло 100 нормативных актов. Попробуй их все освой! Этим и пользуются нерадивые чиновники, гоняя людей от инстанции к инстанции, не боясь, что их привлекут к ответственности за нерешенную проблему.

- Наша социальная политика в значительной степени ориентирована на «сирых», больных и убогих. Разумеется, обездоленным людям государство должно помогать. Однако процветающим наше государство не станет и без заботы о нормальных семьях, обычных, без ограниченых возможностей, детях. Какие на на Ваш взгляд, у нашего государства должны быть приоритеты в социальной политике?

- Социальная политика не может себя исчерпывать себя только социальной поддержкой, помощью и защитой людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Это только текущие, сегодняшние приоритеты в нашей социальной политике есть и долгосрочные, социальные ориентиры государства в цeлом. Каждый человек в стране должен знать, куда движется наше, общество в каком направлении идет его развитие в сфере образования, здравоохранения, социальной защиты и т.д. От текущих приоритетов в социальной политике к долгосрочным сможем переходить по мере создания условий для появления и развития у нас среднего класса. Он - основа для устойчивости социальной структуры общества. А для создания среднего класса нужна правильно выстроенная политика доходов и логообложения, хорошо формирующийся бюджет. Когда в России большая часть людей будет иметь хороший уровень жизни, крепко стоять на ногах, в основном самостоятельно решать проблемы своей семьи, тогда мы сможем постепенно поменять и приоритеты в нашей социальной политике.

- Одной из заслуг команды молодых российских реформаторов считается беспрецедентное по количеству нынешнее присутствие женщин в министерских креслах. Но, конечно же, до Скандинавских стран, где, например, в парламенте почти половина женщин, еще далеко. Присутствие женщин уже как-то сказалось на микроклимате в наших высших эшелонах власти?

- В России по-прежнему сугубо мужская технология управления государством. Политику у нас по сей день делают мужчины, которые часто забывают, что проблемы прав детей, жизни пожилых, проблемы здоровья женщин, планирования семьи напрямую связаны со здоровьем нации, с ее будущим. Поэтому, в отличие от многих европейских стран, мы постоянно опаздываем с решением этих вопросов. Например, детская государственная политика, адекватная сегодняшней ситуации в стране, сформировалась no-существу лишь за последние пять лет. А как показывает опыт, в тех государствах, где у «руля» много женщин, политика и малоагрессивна, и более конструктивна, приоритеты там отдаются политике социального благосостояния с обеспечением всем гражданам достойного уровня жизни.

 
 

  • Управление


Яндекс.Метрика