Технологии зла в деструктивных манипуляциях: ресурсы противодействия

Иванчук Н.В.

“Репрессивная терпимость”. Этим термином обозначают совокупность средств и приемов сохранения статус-кво в обществе, где нет подлинной демократии, а создается лишь ее видимость, иллюзия. Большой потенциал в плане противодействия всевозможным манипуляциям, “репрессивной терпимости” имеет российская муниципальная власть. По своей природе, по сути – это власть, связанная наиболее тесно, непосредственно с потребностями и интересами местных сообществ, местного населения. Эта власть — не столько власть принуждения и силового давления, тем более насилия, а власть понимания, взаимопонимания. Понимание социума, его действительных нужд и потребностей, способность содействовать в их удовлетворении должны стать не просто одной из функций власти, а способом ее бытия. Именно понимающая власть в состоянии преодолеть антитезу “внешнего” и “внутреннего”, “своего” и “чужого”.

ПРОБЛЕМЫ СТАРЫЕ, ПОДХОДЫ НОВЫЕ

Проблемы добра и зла, противодействия злу и неразрывно связанные с ними свободы и несвободы человека, общества, власти относятся к вечным философским, духовно-нравственным, управленческим проблемам. Уже в “Дхаммападе” – фундаментальном произведении раннего буддизма – высказаны одни из первых дошедших до нас соображений о важности своевременного распознавания зла, о взаимосвязи между добром и злом. “Пока зло не созреет, глупец считает его подобным меду. Когда же созреет, тогда глупец предается горю”. “Кто сам не делает зла, не подвержен злу”. Кто не манипулирует, тот не манипулируем – так можно проинтерпретировать применительно к теме данной статьи этот буддистский тезис.

Деструктивные манипуляции – это ложь, злая воля, имитация под добро, прикрывающая их. “Чуть не главное зло мира, которого никто не умел победить и никто его не умел избежать: злая воля, злое желание, — злая, злобная страсть”1 . Эту волю и страсть воплощали, считал В. Розанов, Каин, Диавол, Люцифер. Одним из первых манипуляторов, судя по всему, надо считать Диавола, воплощающего злое начало, но вместе с тем прикрывающего его именем Бога. Диавол — родоначальник манипуляторного управления. Есть два принципиально отличающихся друг от друга вида мудрости: бесовская и божественная, говорится в Библии. Манипуляторное псевдоуправление в отличие от подлинного не ориентируется на истину, правду, в нем нет любви к людям. Его истинные цели скрытым, но оно, тем не менее, уязвимо, ибо “нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, чего не узнали бы”2 .

В Новом Завете высвечена, быть может, одна из самых фундаментальных слабостей манипуляторной деятельности. Поскольку она по своей внутренней природе двойственна, изначально разделена на “для себя” и “для других” — это порождает нетвердость, раздвоенность в действиях самих манипуляторов. “Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих”.3 Внутренняя собранность, твердость, единение общества и власти имеют огромное значение для эффективного противодействия всевозможным манипуляциям Дьявольское зла не всесильно, ибо Бог “уловляет мудрецов их же лукавством и совет хитрых становится тщетным”.4

Рассматриваемые проблемы, однако, не только вечны, вневременны, глубоко укоренены в самом бытии и существовании человека, но конкретно историчны, связаны с реальной экономической и политической ситуацией, сложившейся в современном российском обществе. На рубеже веков, в переходные эпохи, в условиях, когда российская государственность, ее институты и учреждения нуждаются в серьезном обновлении, анализируемые вопросы также нуждаются в более глубоком, чем прежде осмыслении. В новом видении и понимании.

Я в принципе согласен с известным журналистам А. Мамонтовым: “У нас есть шанс объединиться и рвануть вперед. Но для этого нужна цель. Национальная идея проста: встать с колен, перестать себя унижать и стараться жить лучше и лучше всем работать”.5 Но практическая реализация этой идеи сопряжена с большими трудностями. Сегодня в обществе на многих его уровнях укоренились и развились весьма негативные процессы, в частности связанные с широким использованием различного рода антитехнологий, в том числе и деструктивного манипулирования. Их цель решать “свои” проблемы за счет других, прежде всего – наименее социально защищенных слоев населения, прикрывая столь неблаговидные цели интересами социума, потребностями развития рыночной экономики и т. п.

Сегодня российское общество в целом, его регионы, как никогда, нуждаются в действительно сильной власти. Для нее, на мой взгляд, характерны: единства цели проявляющееся не талька в “служении” самой себе, сколько в служении социуму, его рядовым гражданам; единство воли; компетентность, высокая информационная обеспеченность; способность активно противодействовать различным деструктивным манипуляциям.

К сожалению, антитехнологии нередко использует и сама государственная и муниципальная власть. Даже не прибегая к углубленным исследованиям, можно назвать такие приемы, как подмена объективных интересов тех или иных групп населения собственными намерениями; манипулирование информацией, в частности, ее секретностью, утаивание информации; “эффект оракула”. Прием, получивший в научной литературе название “эффект оракула”, характеризуется стремлением выдать собственное мнение и собственные оценки за единственно правильные, отождествить их с мнением всего социума и т. д.

Обнадеживает то, что лучшие представители российской власти самых разных уровней хорошо осознали опасность этих антитехнологий, отказываются от них, преодолевают такие застарелые недуги российской государственности, как лицемерие, краснобайство, “репрессивная терпимость” и другие.

Термин “репрессивная терпимость” был введен теоретиком западноевропейских “новых левых” Г. Маркузе. Этим термином он обозначал совокупность средств и приемов сохранения статус-кво в обществе, где нет подлинной демократии, а создается лишь ее видимость, иллюзия. Большой потенциал в плане противодействия всевозможным манипуляциям, “репрессивной терпимости” имеет российская муниципальная власть. По своей природе, по сути – это власть, связанная наиболее тесно, непосредственно с потребностями и интересами местных сообществ, местного населения. Эта власть, как мне представляется, не столько власть принуждения и силового давления, тем более насилия, а власть понимания, взаимопонимания. Понимание социума, его действительных нужд и потребностей, способность содействовать их удовлетворению должны стать не просто одной из функций власти, а способом ее бытия. Именно понимающая власть в состоянии преодолеть антитезу “внешнего” и “внутреннего”, “своего” и “чужого”.

Благодаря технологиям, основанным на солидарных интересах, на “балансе резонов”, муниципальная и другие виды власти могут без всякого рода манипуляторных ухищрений присущее внешне тому или иному индивиду превращать во внутреннее, а внутреннему, ранее невостребованному, а то и просто заблокированному предоставлять увеличивающиеся возможности для реализации и самореализации.6

ДЕСТРУКТИВНЫЕ МАНИПУЛЯЦИИ

Любая власть – политическая, экономическая, административная – как подчинение объекта субъекту управления осуществляется в разных формах. Наиболее важные из них: сила, принуждение, убеждение, побуждение, манипуляция и авторитет.7

Сам термин “манипуляция” в лингвистическом смысле не несет в себе ничего сакрального или, напротив, предосудительного. Но в контексте социального опыта человечества в ХХ веке, в реальной управленческой практике этот термин приобретает отнюдь не благостное, а весьма негативное содержание, выражает “злую суть власти”. Для обозначения этой разновидности манипулирования используется понятие “деструктивное манипулирование”, “деструктивные манипуляции”.

Деструктивное манипулирование, как особый вид управления, осуществления власти с позиций того, что уже достигнуто современной наукой в разгадке, понимании этого феномена, характеризуется несколькими признаками. Во-первых, это применение силы, осуществляемое скрытно, так, чтобы управляемые не осознали, не обнаружили влияния. Это насильственное, но закамуфлированное воздействие. Во-вторых, деструктивные манипуляции — это злонамеренное воздействие, злонамеренный обман. Его цель — нанесение объекту манипуляций экономического, психологического, морального и иного ущерба в целях получения всевозможных выгод, преимуществ тем, кто такое воздействие осуществляет.

Существует весьма тонкая грань между злонамеренным и извинительным обманам. В разных культурах, системах политических ценностей имеются большие различия в подходе к решению этого вопроса. Так, в идеальном государстве Платона правители могут обманывать народ ради его же блага. А народ обманывать своих правителей не должен, не имеет такого права. В системе же демократических ценностей власть не может потребовать от народа того, что она не в состоянии спросить с самой себя. В-третьих, деструктивное манипулирование выступает, как совокупность тщательно разработанных технологий и антитехнологий соблазнения, обольщения, имитации, уподобления, мимикрии, благодаря которым цели манипуляторов реализуются на практике. В-четвертых, манипулирование — это вид квалифицированного, опирающегося на знание психологии человека, его сильных и слабых сторон воздействие.

Эффективно противодействовать всевозможным манипуляциям может лишь управленец весьма образованный, постоянно обновляющий свои знания и умения, ибо практика манипуляций не стоит на месте, а становится все более изощренной.

Манипулирование — обобщенный термин для обозначения и объединения в одно целое множества весьма многочисленных разновидностей: “промывание мозгов”, “индоктринация”, “инстилляция”, “пропаганда”, “психолингвистическое программирование” и т. д. Так, инстилляция — это вид психологического воздействия, для которого характерна постоянное, непрерывное вливание, капля за каплей, которое в итоге приводит к проникновению внушаемых идей в глубины подсознания. Например, в советских букварях изучение буквы “й” опиралось на упражнение, основу которого составляло коллективное повторение первоклассниками слов у-ро-жай, /о-хра-няй / сов-хоз-ный / кол-хоз-ный. Очевидно, что слова, составляющие фразу, тщательно подбирались и входили в сознание учащихся “на всю оставшуюся жизнь”. И сейчас приемы бездумного заучивания, многократного повторения для трансляции целей манипуляторов в глубины подсознания широко используются во многих видах деструктивных манипуляций.

Особенно опасно по своим последствиям манипулирваание тогда, когда двум или нескольким манипуляторным, активно действующим силам, наделенным зловещей волей, неординарными способностями к лицедейству, обману удается хотя бы на какое-то время объединиться. Так, коррупция, как способ злоупотребления властью — это сговор между представителями законной власти и организованной преступностью, которые в своих злонамеренных целях умело используют неорганизованность социума, слабость его элит, изъяны массовой политической культуры, несовершенство законодательства.

ТЕХНОЛОГИИ И АНТИТЕХНОЛОГИИ

Любая разумная человеческая деятельность в одном из ее важнейших измерений выступает совокупностью технологий, то есть последовательно, в принципе безотлагательно, осуществляемых социально, нравственно, политически, экономически и т. д. оправданных процедур и операций, посредством которых объективные законы этой деятельности, социума в целом переводятся на язык конкретных, практических действий. В какой-то мере технологии присутствуют и в манипуляторной деятельности. Но не они раскрывают ее специфику, составляют ее тайну, а – антитехнологии, контртехнологии. В отличие от подлинных технологий в антитехнологиях ставка делается на достижение частного или ближайшего результата при игнорировании общих, долговременных последствий, принимаемых решений. Так, общественное движение “Май” использует антитехнологию, которую можно обозначить как “принудительный диалог”. По существу это псевдодиалог, ибо один из его участников (органы власти, другие оппоненты) ставится в такое положение, когда он по существу никакого диалога вести не может. С помощью такого приема некоторые частные вопросы, быть может, и удается решать, но конфронтационность в обществе только усиливается.

В современной зарубежной и отечественной литературе привлечено внимание к центральной роли в манипулировании “мотивационного видения не адресата”.8 Оно позволяет изменить содержание мотивации, превратить ее из конструктивной в деструктивную посредством пробуждения таких мотиваторов человеческого поведения, как злоба, зависть, ненависть вместо солидарности, гармонии и т.п.

Американские психологи супруги Ли еще в 1939 г. выделили семь приемов эффективного внушения, которые несут на себе ярко выраженную печать манипуляторности. Среди них:

1) “приклеивание ярлыков”;

2) прием “сияющего обобщения”;

3) “перенос” или “трансфер” (кандидат в депутаты преподносит себя, как друга влиятельного, популярного политического деятеля, вследствие чего часть его ауры распространяется и на кандидата в депутаты, президенты и т. п.);

4) прием “свидетельства” — приведение высказывания личности, которую уважают или, напротив, ненавидят в аудитории пропаганды;

5) “игра в простонародность”;

6) прием “перетасовки” — отбор и тенденциозное преподнесение аудитории только положительных или только отрицательных фактов;

7) “фургон с оркестром” — апелляция ко всем, принуждающая принимать преподносимую информацию поскольку якобы все ее в данной социальной группе уже восприняли как истинную, “единственно правильную”.

К этим приемам сегодня можно добавить многие другие: “осмеяние”, “метод отрицательных групп отнесения”, “мнимый выбор”, уже упоминавшийся “эффект оракула”, “продвижение через медиатора”, включение так называемых двухсторонних сообщений, дозирование положительной и отрицательной информации.

В усилении социального неравенства в любом обществе существенную роль играют круговая порука, протекция, необоснованные привилегии и другие аналогичные явления, также имеющие свою технологическую основу. Возьмем круговую поруку. Она рядом авторов подразделяется на “круговую поруку защиты”, “круговую поруку расправы”, “круговую поруку нападения”. 9 Среди приемов “круговой поруки нападения и расправы” могут быть выделены такие, как клевета, дезинформация, дискредитация, подкуп, угроза физического уничтожения, психологический террор.

В последнее десятилетие получила практическую реализацию манипуляторная стратегия “черных дыр”, суть которой — сознательное создание неконтролируемых ситуаций типа “плавающего рубля” или постоянных вооруженных конфликтов, в которых для отдельных групп открываются широкие возможности всякого рода злоупотреблений, реализации их злой воли. Предсказуемость власти, ее твердость в отстаивании интересов социума в этих условиях имеет огромное значение.

В различного рода манипуляторных антитехнологиях особое место отводится как процедурам и операциям соблазнения, искушения их потенциальных жертв, так и камуфляжу, прикрытию существа этих процедур и операций.

“Техника соблазнения предполагает наличие четко выверенной траектории и заранее продуманной алгоритмизации каждого якобы случайного хода”,10 отмечают современные исследователи этих проблем. Исключительно велики в данном процессе факторы скорости и времени, первотолчок, когда манипулятор раскидывает сеть обманов и миражей, расставляет систему незаметных капканов и ловушек.

Миражи и массовые галлюцинации среди технологий соблазнения находятся на одном из первых мест. Мираж —фальшивый образ, основанный скорее на психических потребностях наблюдателя, нежели на реальных объективных характеристиках наблюдаемого.

Предрасположенность к призракам и миражам – наша давнишняя слабость. Искушение может проявиться в слове, может обернуться счастьем, которым тебя одарят, свободой, которую ты принесешь другим, и которая, быть может, компенсирует отсутствие свободы у тебя самого. Искушением может быть и тщеславие, и любопытство, и зависть, и самая заурядная человеческая жадность, и непонятное, заумь. Склонность российского чиновника к замысловатому, витиеватому выражению мысли подмечена давно. “Заумь – она, как надкусывание зернышек мака: насытиться нельзя, а вкус будится”.11

Но искушение может быть и куда более прозаичным, выступая в виде бесплатных водки или пива, еды, товаров первой необходимости, что неоднократно продемонстрировали выборы народных избранников в Екатеринбурге и других уральских городах.

Известный кинорежиссер и сценарист Е. Габрилович приводит такой пример из своей жизни. Он описывает тщательно срежиссированную поездку в составе группы писателей по вновь открытому Беломорканапу, вспоминает, как их встречали оркестры из зеков и сами зеков в новеньких рубахах, как членов делегации, кормили бесплатными бутербродами и т. д. “Так, только нынче, на склоне лет, я понял, сколь трудно прощупать действительность.

 

Особенно тогда, когда тебе дают бутерброды”,12 — отмечает кинорежиссер. Дьявол действительно спрятан в мелочах, деталях.

Технологии завлечения, соблазнения и другие, действуют особенно эффективно, если они закамуфлированы. Для прикрытия неблаговидных целей, как правило, используются самые высокие, самые красивые слова и стоящие за ними смыслы. Психика нормального, неискушенного человека к этому оказывается, зачастую, не готова, и он становится жертвой такого рада манипуляций.

Манипуляторы – и великие и не очень – прикрытию своих планов и намерений уделяли и уделяют самое серьезное внимание. Почти все они являются неплохими актерами, людьми вежливыми, даже доброжелательными, особенно тогда, когда вежливость может быть оценена окружающими. Но манипуляторная вежливость все же отличается от нормальной человеческой вежливости. У первой всегда есть подтекст — закамуфлированная под маску вежливости цель.

РЕСУРСЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ

Сегодня понятие “ресурсы власти” начинает завоевывать исключительно важное место и в отечественной политологии, и в реальной политической культуре на самых разных уровнях российского общества. Сама политика, власть это “борьба за организацию человеческих возможностей”. Чем шире реализуются человеческие возможности, тем политика и власть эффективнее. И наоборот, в том числе и в плане противодействия деструктивным манипуляциям.

Остановлюсь лишь на некоторых видах ресурсов, которые имеются у государственной и муниципальной власти.

На одно из первых мест я бы поставил ресурсы духовно- нравственные. Долгие годы господствовавшая в нашей стране идеология чрезмерный акцент делала на экономический фактор, но так и не добилась больших успехов в его реализации. Грань между добром и злом, справедливостью и несправедливостью относительна, тонка, порой трудно уловима, но она есть. И, думается, всегда сохранится. Манипулирование стремится эту грань стереть, сделать еще более неуловимой, ибо, как писал Достоевский, “если Бога нет, все дозволено”.

Объектом всевозможных манипуляций стала и понятие справедливости, какие только действия ни оправдывают, апеллируя к ней! Однако, смысл справедливости обладает мощным антиманипуляторным содержанием. Так, великий поэт и оригинальный политический мыслитель Данте еще в средние века отмечал, что “справедливость сама по себе и рассматриваемая в своей природе, есть некая прямизна или прямая линия, не терпящая никакой кривизны”.13 Манипулирование – это закамуфлированная, внешне не обнаруживаемая кривда, кривизна. И как бы ни было изощрено манипулирование, с прямизной справедливости ему невозможно совладать. Особенно если мы подготовлены к ухищрениям, к чему любит прибегать кривда.

Для России, ее государственности весьма актуальна и сегодня мысль В. С. Соловьева о том, что необходимо активно противодействовать понижению христианских ценностей, христианского царства до уровня языческой самодовлеющей государственности.

Эффективное использование духовно-нравственных ресурсов власти органично связано с опорой на ее информационный потенциал. Искусство лжи, обмана, различных деструктивных манипуляций совершенствуется с развитием человеческой цивилизации Власть может успешно развиваться, если. в не меньшей мере усовершенствуется искусство распознания всевозможных антитехнологий, соблазнов, на использование которых опирается манипулирование.

В деструктивных манипуляциях в качестве одного из своих наиважнейших средств используются приемы подмены истинного подобным, правды — правдоподобным, действительного — несущимся. Искусственно соединяя объективно разделенное или разъединяя связанное между собой, можно, как показывает парктика, добиться немалых успехов в реализации каких-то частных, сиюминутных интересов. Желающих противопоставлять муниципальную власть региональной или федеральной, а федеральную – региональной (причем, далеко не бескорыстно) немало и сегодня. Но искусственное разделение, а тем более, противопоставление этих или других видов власти, чревато самыми негативными последствиями как для нынешней российской государственности, так и для будущего России в целом. Но своевременно разграничивать действительное и несущееся под силу только всесторонне образованному чиновнику, постоянно работающему над повышением качества своего культурно-информационного потенциала.

На мой взгляд, российская государственная и муниципальная власть для существенного повышения ее эффективности должна не столько опираться на имеющиеся и широко распространенные как в своем корпоративном, так и массовом сознании иллюзии, сколько ослаблять, нейтрализовать их, выводить социум (при его активной поддержке) на более высокий, более реалистичный уровень восприятия окружающего мира.

Одна из таких иллюзий — малые правонарушения и отступления от закона, небольшие недоработки — рассматриваются, как несущественные, не заслуживающие особого внимания. “Правонарушения прокрадываются в государственную жизнь незаметно, подобно тому, как небольшой расход, часто повторяясь, ведет к потере состояния, ведь расход незаметен именно потому, что совершается не сразу; этим рассудок вводится в заблуждение – получается вроде софистического вывода: если каждая отдельная часть мала, то и целое невелико”.14

Российское общество сильно страдает от этой иллюзии, тонко уловленной великим мыслителем много веков назад. Наша страна богатая, рассуждают одни, и нет ничего особенно плохого в том, что кто-то что-то не доделывает и даже немного “прихватывает” для себя и своей семьи. Если я, высокопоставленный чиновник, рассуждают другие, то не так уж важно, за свой или чужой счет сшито для меня несколько костюмов. Но, не экономя в малом, нарушая закон, на первый взгляд, в чем-то незначительном, мы незаметно для себя становимся самоманипуляторами, утрачиваем что-то куда более значительное и важное, чем представляется. Например, утрачивается уважение к закону, отношение к нему, как к незыблемой основе жизни общества. Нарушаемый, пусть и в мелочах, закон — это уже не закон, а его подобие.

Велика в противодействии деструктивным манипуляциям. роль социальных, психологических и некоторых других ресурсов, имеющихся как у власти, так и у общества в целом. Одним из его видов выступает социальный маркетинг, важнейшая цель которого — защищать человека от зловредных манипуляций. “Маркетинг в равной степени помогает всем авторам получать и интерпретировать информацию, принимать решения на основе нескольких альтернативных вариантов и нести ответственность за свой выбор”.15 Когда исполнитель или управленец не несут ответственности за свой выбор, произвольность в их действиях резко возрастает.

Противодействие деструктивным манипуляциям — это не только социальная, но и внутренняя, личностная, а значит, и психологическая проблема. Она имеет множество измерений, в том числе и применительно к российскому государственному или муниципальному служащему. Все сводить к недостатку жалованья или к отсутствию технологии — значит сильно упрощать проблему. В борьбе с манипулированием и другими видами иллюзорного управления человеку часто не хватает не только веры в нечто более высокое, чем он сам, но и веры в самого себя: “меня самого мне не хватает”, но выражению одного из современных писателей.16

Если попытаться немного заглянуть в будущее, то все же, на мой взгляд, приближается время, когда индивидуальный имидж чиновника, так сказать, “личностная марка”, во всей большей мере будут определять его карьеру, статус в обществе. А это и умение поддерживать связь с общественностью, опираться на нее, если хотите, преподносить себя и, в том числе, свою способность противодействовать различным деструктивным манипуляциям. Многие ведущие российские политики, чиновники осознали. “Я никогда никого не продавал и не предавал. Как бы ни было велико желание некоторых, чтобы я стал одним из волков серой стаи, этого не будет никогда, я таким не стану”17 (С. Шойгу). Большие психологические ресурсы имеются практически у всех российских чиновников, а не только у высших.

Можно, на мой взгляд, сделать такой обобщающий вывод. Общества, недооценивающие или не осознающие исходящую от деструктивных манипуляций опасность, не проявляющие политической воли и ответственности в противодействии им, резко ограничивают возможности, перспективы своего устойчивого, стабильного развития, сталкиваются с нарастающими и трудно разрешимыми проблемами.

См.: Грибакина Э. Н. Социальная сфера общества, ее специфика (классообразующий срез). Екатеринбург, 1992.

 

1 Розанов В. Опавшие листья. М., 1992. С.422-423.

2 Ветхий Завет. Книга Иова. 5:3.

3 Новый Завет. Иаков. 1:8.

4 Ветхий Завет. Книга Иова. 5:3

5 Комсомольская правда, 1 сентября 2000 г. С.5.

6 Знаков В. В. Понимание как проблема психологии человеческого бытия /I Психологический.журнал. Том 21. 2. 2000. С.8-9.

7 Ледяев В.Г. Формы власти: типологический анализ I/ Политические исследования. 2000. а 2. С.7.

8 Доценко Е.Л. Психология манипуляций. М., 1997. С.59.

9 См.: Грибакина Э. Н. Социальная сфера общества, ее специфика (классообразующий срез). Екатеринбург, 1992.

10 Горинко В. О соблазне, власти и киберпространстве д Художественный журнал. № 19-20. 1998. С.80.

11 Таранов П. С. Интриги, мошенничество, трюки. Симферополь, 1997. С.288.

12 Габрилович Е. Очерки жизни. “Правда”, 12 августа 1991. С.4.

13 Данте А. Монархия. М., 1999. С.36.

14 Аристотель. Политика II Этика. Политика. Риторика. Поэтика. Категории. Мн., 1998. С.616.

15 Морозова Е.Г. Политический рынок и политический маркетинг: концепции, модели, технологии. М., 1998. С.61.

16 Домбровский Ю. Факультет ненужных вещей // Новый мир. 1988. № 8. С.63.

17 “Комсомольская правда”, 1 октября, 1999. С.4.

  • Документы


Яндекс.Метрика