Формула успеха губернатора Сумина, или борьба молодых на одном поле

Зырянов С.Г.

 С.Г.Зырянов
 

Выборы 1999 и 2000 годов показали, что существенно изменились требования к претендентам на властные должности. Современный публичный политик регионального уровня обязан уметь «наносить удар» своему оппоненту, но и сам должен уметь «держать удар», нанесенный ему. Некоторые аналитики даже высказывают мнение: «Те кандидаты, которые воздерживаются от применения грязных технологий, не имеют шансов на победу». Если продолжить аналогию с боксом, то все знают, что за удар «ниже пояса» засчитывают поражение. В законе о выборах пока нет подобной нормы, но, полагаю, было бы очень желательно её иметь, чтобы цивилизовать политическую борьбу ...

24 декабря 2000 года в Челябинской области состоялись первые выборы губернатора. Первые — потому что на предыдущих избирался глава администрации области. Изменение названия должности руководителя исполнительной власти области перевело политическую жизнь в регионе из одной политической фазы — административно-бюрократического способа формирования властвующей элиты путём назначения сверху, к другой — антрепренерскому способу, когда у политика наряду с правом быть избранным народом возникает и личная политическая ответственность перед населением за результаты своей деятельности во время нахождения у власти. Политик путём выборов нанимается населением на период легислатуры, а по истечении отведённого ему срока снова должен пройти чистилище выборов.

В 1996 году в выборах главы администрации области участвовало десять претендентов. В качестве основных политических фигур выступали действующий глава администрации и три депутата Государственной Думы. В 2000 году в выборах принимало участие восемь претендентов, а в фокусе оказались действующий губернатор и два депутата Государственной Думы.

Две избирательные кампании свидетельствуют в том, что наиболее подходящим статусом для штурма губернаторского кресла является статус депутата Государственной Думы.

В 1996 году при явке 1416737 избирателей победил П. Сумин, бывший на момент выборов депутатом Госдумы и набравший 716470 голосов (52,07%). Два других депутата Государственной Думы и В. Соловьёв получили следующие результаты: В. Соловьёв — 16,49% (225518 голосов); В. Григориади — 8,72% (121051 голосов); В. Головлёв — 6,76% (91606 голосов), итого все трое — 31, 97% (438176 голосов).

В 2000 году П. Сумин набрал 58,7% (788327 голосов), М. Гришанков — 17,1% (230396 голосов), В. Гартунг — 14,3% (191567 голосов), т.е. двое оппонентов П. Сумина собрали вместе 421963 голоса (31,4%).Таким образом, П. Сумин на выборах 2000 года сумел получить на 72000 голосов больше, чем в 1996 году, а его наиболее сильные оппоненты практически только повторили результаты 1996 года.

Главной особенностью губернаторских выборов 2000 года стало то, что имя победителя можно было с лёгкостью предсказать заранее. Опрос, проведённый в августе 2000 года (опрошено 1497 респондентов по областной выборке), показал, что на вопрос: «Считаете ли Вы, что действующий губернатор должен остаться на следующий срок?» — 44% полагают, что действующий губернатор должен остаться на следующий срок, ещё 39% ответили: «Не знаю», продемонстрировав неопределённость своей позиции, а вот 17% категорично выступили за избрание нового губернатора.

 Таблица 1. Динамика рейтинга кандидатов в губернаторы в августе-декабре 2000 года (от числа голосующих избирателей в %)
 

Да и ход избирательной кампании, с точки зрения изменения рейтинга основных претендентов, говорил о предопределённости выбора. Главная составляющая формулы успеха П. Сумина — большая личная популярность среди населения области (см.Табл. №1).

Прогнозы, которые просчитывались нашими специалистами с учётом распределения по определённой схеме голосов не определившихся избирателей между претендентами, позволяли с 3-процентной погрешностью определять возможный процент голосов, который наберут основные претенденты: П. Сумин — 55% ± 3%; В. Гартунг — 17% ± 3%; М. Гришанков — 12% ±3%.

По итогам реального голосования 2-е и 3-е места распределились иным образом, и это был самый большой сюрприз, так как по ходу избирательной кампании более сильным оппонентом действующего губернатора воспринимался В. Гартунг. Он раньше М. Гришанкова начал избирательную кампанию. Его оснащенность информационными ресурсами выглядела более впечатляюще, и к тому же он действует на политической региональной сцене уже четыре года, а М. Гришанков только один год. В общем, в гонке за лидером и по внешнему эффекту, и по данным социологических опросов на второе место претендовал В. Гартунг, но на финише он оказался третьим.

Казалось бы, из хода избирательной кампании не вытекает этот результат, но если разобраться в причинах происшедшего, то можно увидеть некоторые обстоятельства, предопределившие подобные итоги голосования.

Выборы 1999 и 2000 годов показали, что существенно изменились требования к претендентам на властные должности. Современный публичный политик регионального уровня обязан уметь «наносить удар» своему оппоненту, но и сам должен уметь «держать удар», нанесенный ему. Некоторые аналитики даже высказывают мнение: «Те кандидаты, которые воздерживаются от применения грязных технологий, не имеют шансов на победу». Если продолжить аналогию с боксом, то все знают, что за удар «ниже пояса» засчитывают поражение. В законе о выборах пока нет подобной нормы, но, полагаю, было бы очень желательно её иметь, чтобы цивилизовать политическую борьбу и исключить из оборота, хотя бы в СМИ, неподтверждённый фактологической базой компромат. Пока эти процессы не отрегулированы, в центре избирательной кампании будут находиться личностные качества кандидатов, а не их предвыборные программы, и уж тем более не интересы избирателей.

Социологический анализ показывает, что социальные настроения избирателей осенью 2000 года имели обратный вектор направленности (их интересовали не личностные качества кандидатов, а их профессионализм и деловитость), что достаточно просто установить, если обратиться к мотивам голосования избирателей за основных претендентов. По данным опроса 3000 избирателей области, проведённого в первой декаде декабря, из одиннадцати базовых мотивов респонденты предпочли следующие четыре (в процентах от числа опрошенных):

1) «он хорошо знает проблемы области» — 28,1%;

2) «он опытный руководитель» — 27,0%;

3) «он представляет действующую власть» — 18,8%;

4) «он человек дела, а не слов» — 17,2%.

Хочу отметить, что все четыре позиции очень хорошо иллюстрируют формулу так называемого «здравого консерватизма». В свою очередь, при анализе «привязки» данных мотивов к основным претендентам получается следующая картина (см. Табл. №2).

Мотивационная составляющая выбора М. Гришанкова представлена чуть более широким спектром, что, видимо, стало одной из причин его лучшего, чем у В. Гартунга, результата итогов голосования.

 Таблица 2. Личностные мотивы выбора избирателями кандидатов в губернаторы (в % от числа опрошенных)
 

Данные социологических опросов зафиксировали невысокую востребованность внешней имиджевой составляющей кандидатов в губернаторы. Если в целом по области только 8,3% избирателей посчитали для себя важным мотив «он просто мне нравится», то у П. Сумина он составил — 6,9%, у В. Гартунга — 15,3% и у М. Гришанкова — 8,3%. Зато другой мотив, имеющий уже не внешнее, а внутреннее содержательное отношение к имиджу кандидатов, сыграл более серьёзную роль. Это мотив порядочности. В целом по области он был востребован 10,3% избирателей, а у лидирующих кандидатов распределился так: П. Сумин — 16,8%; В. Гартунг — 9,6%; М. Гришанков — 8,3%.

Однако не только предпочтения личностных качеств претендентов влияли на выбор того или иного кандидата. Большую роль играют проблемные мотивы, т.е. ожидания того, какие вопросы, по мнению избирателей, собирается и сможет решить выбранный ими кандидат.

По существу, проблемные мотивы – это ожидания либо надежды граждан на выбранного губернатора. Опрос 3000 респондентов проведен в первой декаде декабря. Как видно из данных таблицы № 3, осенью 2000 года наибольшие ожидания избирателей связаны с вышедшим на первое место политическим мотивом «наведет порядок в области» — 24,2%; вторым по значимости стал мотив социальной помощи (защиты): «поможет пожилым и малообеспеченным» — 19,5%, и еще одним заметным мотивом выбора стал социальный мотив «повысит зарплату, пенсию» — 17,2%. Меньшее внимание избиратели уделили двум экономическим мотивам: «обеспечит выход экономики области из кризиса» — 12,7% и «обеспечит экономические реформы» — 12,5%. Добавился к весомым проблемным мотивам ещё один социальный мотив, преодолевший 10-процентный порог: «обеспечит социальную помощь и защиту» — 11,8%. Таков перечень жизненных проблем избирателей и их ожиданий от кандидатов в губернаторы.

Нетрудно заметить, что проблемные ожидания избирателей очень серьезно сдвинуты в сторону социального иждивенчества и дореформенных традиций советской жизни. Однако в выборе губернатора решающую роль играл мотив наведения порядка, созвучный мотивам выбора Президента России в марте 2000 года. Можно предположить, что мотив порядка в качестве своего базового элемента включает усталость от реформ и ожидание стабильности.

По данным того же опроса, наиболее острыми личными тревогами были названы:

— рост цен на продукты, товары, услуги — 54%;

— низкая зарплата, пенсия и их задержка — 40%;

— здоровье: мое, членов семьи, близких — 34%;

— тревоги за детей — 30 %;

— нестабильность положения, неуверенность в будущем — 24%.

 Таблица 3. Проблемные мотивы выбора кандидата в губернаторы (П - политические проблемы, С - социальные проблемы; Э - экономические проблемы.)
 

Из приведенных данных хорошо видно сохранение доминирования экономических проблем в повседневной жизни жителей Челябинской области, а также тревожные настроения из-за нестабильности положения, неуверенности в будущем. Следовательно, успеха, вероятнее всего, должны были добиться те кандидаты, которые отчетливее других уловили и выразили в своих действиях надежду не столько на быстрое улучшение ситуации, сколько на сохранение стабильности. За десятилетие реформ люди устали от новаций и кризисов, им хочется стабильности. Однако для победы мало было декларировать ориентацию на стабильность, необходимо было продемонстрировать свои политические ресурсы, позволяющие выстроить путь к стабильности. Понятно, что кандидаты, избравшие стратегию резкой критики действующих политиков, предлагающие существенную смену векторов развития и деятельности исполнительной власти, ставили себя в худшее положение в сравнении с теми, кто говорил: «Жить стало лучше. Я не обещаю вам завтра рая земного, но гарантирую, что хуже не будет». Отчетливо просматривалась тенденция обращения к уже упоминавшемуся ранее феномену «здравого консерватизма» избирателей. Подобная формула успеха стала основным пропуском к победе на выборах и пропуском к власти. Из Табл. № 3 также хорошо видно, что именно с П. Суминым избиратели связывают решение в будущем всех шести значимых для своего существования политических, экономических и социальных проблем.

Желание стабильности воплотилось в стремлении стабилизировать губернаторскую власть, в выражении доверия П. Сумину и проявлении настороженности к В. Гартунгу и М. Гришанкову.

За последние два-три года в социально-экономическом положении избирателей наметилась пусть слабая и относительно неустойчивая, но зорко зафиксированная обыденным сознанием тенденция экономического роста и социальной стабилизации.

Так, по итогам 2000 года рост объема произведенной промышленной продукции (работ, услуг) по Челябинской области в индексах физического объема к 1999 году составил 116%.1 Регион занимает 10-е место среди субъектов Федерации по экономическому весу и 14-е место по оценке социального самочувствия и входит во вторую десятку относительно благополучных регионов.2

Региональный лидер, претендующий на губернаторское кресло, должен хорошо чувствовать социально-психологическое настроение избирателей. Особенность нынешней политической ситуации характеризуется, в частности, тем, что большая часть избирателей в регионах России, в том числе и Челябинской области, не принимает политиков, призывающих к кардинальным изменениям, потрясениям или региональным революциям. За десятилетие реформ люди устали от новаций, им хочется стабильности.

Вторая важнейшая составляющая формулы успеха П. Сумина, о которой речь шла выше, — это соответствие его политического образа ожиданиям избирателей.

И появившиеся первые статистические признаки улучшения проиллюстрировали, что третьей составляющей формулы успеха П. Сумина стали традиционные политические предпочтения избирателей, усиленные его прямой поддержкой со стороны региональной структуры Народно-патриотического союза России — общественно-политического движения «За возрождение Урала». При этом в резерве была еще региональная структура современного инварианта российской партии власти «Единство». Хотя, если сравнивать избирательные кампании 1996 и 2000 годов, то роль партийной поддержки П. Сумина в 2000 году выглядела скромнее. В основном использовались публично-представительские возможности ОПД «За возрождение Урала» — широко рекламировался отчетный доклад П.Сумина на областной конференции «ЗВУ», активно использовалась газета этого движения «Возрождение Урала», выходившая в разгар избирательной кампании миллионным тиражом и вынесшая основную нагрузку по пропаганде успехов и критики основных соперников — В. Гартунга и М. Гришанкова. В 2000 году была менее заметна низовая работа структур движения «За возрождение Урала».

 В.Матвиенко
 

Четвертой составляющей формулы успеха на губернаторских выборах стало отсутствие политико-идеологической зашоренности. Видимо, именно поэтому наиболее заметной чертой прошедших выборов стал их подчеркнуто деидеологизированный характер. Из внесенных главным управлением юстиции Челябинской области в Государственный реестр 82 политических общественных объединений имели право выдвигать своих кандидатов тридцать пять структур, но ни один кандидат в губернаторы не был зарегистрирован от имени общественно-политического движения.

Конечно, дело отчасти в том, что большинство политических общественных объединений малочисленны. Они имеют в своем составе по два-три десятка активистов и потому фактически не оказывают существенного воздействия на общественно-политическую ситуацию в области. К тому же в условиях диффузной социальной структуры общества и региона партии, за исключением КПРФ, не имеют своей устойчивой социальной и электоральной базы, и привлекательность их как субъектов политических действий в глазах потенциальных и реальных политиков довольно низка. Прошедшие выборы характеризуются тем, что в политическом споре участвовали не политические партии и объединения, а группы интересов с присущим им доминированием финансово-экономических устремлений. За рамками политических дебатов по ходу выборов остался существующий в стране и регионе политический режим. Зато на первый план вышли вопросы управления собственностью, решение наиболее острых социальных проблем жизни регионального сообщества в целом и в каждом избирательном округе.

Пятым элементом формулы успеха на губернаторских выборах стала поддержка со стороны федерального центра. О наличии такой поддержки в пользу своей персоны открыто говорили три кандидата — П. Сумин, В. Гартунг, М. Гришанков. Таким образом, в одном регионе были представлены «три Москвы».

Поддержка федеральным центром П.Сумина имела три аспекта. Первый аспект — выросший за 1999—2000 годы рейтинг политического влияния П. Сумина. По данным Центра политических технологий, в конце октября 2000 года П.Сумин занимал 30-е место по рейтингу личного влияния на федеральном уровне.3 П. Сумину потребовалось почти два года активных контактов в федеральных структурах власти, и во многом вследствие этого он стал восприниматься как один из самых влиятельных региональных политиков. По ходу избирательной кампании политическое признание центра вылилось в серию визитов VIP-персон из Москвы (В. Христенко, В. Матвиенко, А. Починок, Р. Вяхирев и др.), увенчавшуюся приездом в Магнитогорск Президента РФ В. Путина. Это второй аспект.

А третий аспект связан с попыткой привлечь московских политтехнологов. По ходу избирательной кампании в Челябинске побывали В. Никонов (фонд «Политика»), В. Кувалдин («Горбачев–фонд»), Е. Егорова («Никколо-М»). Услугами московских имиджмейкеров и консультантов пользовался и другой кандидат — В. Гартунг.

 М.И.Гришанков
 

Особо хочется отметить и такое новое для губернаторских выборов Челябинской области обстоятельство, как их российский масштаб. Об успехах и проблемах области, начиная с мая 2000 года и по декабрь включительно, вещали российские телевизионные каналы и рассказывали российские газеты и журналы, то есть в ход пошли стратегические резервы политического влияния. В 1996 году только В. Головлёв использовал один из общероссийских каналов ТV для своей виртуальной избирательной губернаторской кампании с интригующим названием “Время Ч”. В 2000 году российский уровень СМИ освоили уже три претендента на пост губернатора — П. Сумин, В. Гартунг и М. Гришанков.

 
 

Выход на российский масштаб политической агитации и пропаганды стал результатом использования шестого элемента формулы успеха — это поддержка кандидатов в губернаторы представителями крупного бизнеса, как федерального, так и регионального уровня. Дело не только в том, что на успешную избирательную кампанию требуется много денег, которые кто-то должен дать или ссудить. Более значимую роль играет то, что на современном этапе развития российского общества деньги сильнее власти, сильнее административного ресурса. Скрытый смысл и скрытая энергетика губернаторских выборов 2000 года не только в нашей области, но и во многих других регионах определялись не вмешательством властных интересов федерального центра, а комбинацией интересов международных финансово-промышленных групп. Так, в нашей области главный фокус губернаторских выборов находился не в областном центре, а в южной столице области — Магнитогорске.

 В.К.Гартунг
 

Начиная с 1999 года, в экономике области стали проявляться позитивные изменения: растёт внутренний региональный валовый продукт, областной бюджет выполняется с профицитом, пенсионерам выплачивается постоянно подрастающая в весе пенсия и т.д. По всем параметрам в подобной ситуации в демократических странах действующий руководитель исполнительной власти имеет реальные шансы на переизбрание. Губернатор выбирает стратегию, диктуемую ситуацией: есть очевидные успехи, самым ярким символом их является Магнитогорский металлургический комбинат — гордость советской металлургии и надежда экономики демократической России, он и становится не только центром начала избирательной кампании, но и, как показало голосование, эпицентром электоральной поддержки. П. Сумин получил в Магнитогорске почти 100 тысяч голосов, что составило 70% от числа голосовавших там.

Однако почти всю избирательную кампанию оппоненты П. Сумина выдвигали и обосновывали идею о том, что “борьба среди кандидатов на губернаторских выборах ведётся за передел сфер влияния над металлургическими и машиностроительными предприятиями области — такими, как Магнитогорский металлургический комбинат (ММК), Златоустовский металлургический завод (ЗМЗ), “Мечел” (Челябинский металлургический комбинат), Челябинский электрометаллургический комбинат (ЧЭМК), Челябинский тракторный завод (ЧТЗ), Уральский автомобильный завод (УралАЗ), завод дорожных машин имени Колющенко. Естественно, на пост губернатора выдвигают своих представителей те группировки, которые заинтересованы в получении контроля над этими предприятиями.4 Большое хождение в СМИ имело обвинение каждого из трёх основных претендентов в том, что он является ставленником Искандера Мухмудова, представляющего интересы транснациональной ФПГ в лице «Уральской горно-металлургической компании», и, соответственно, деньги на избирательную кампанию этому кандидату ссудил этот новоявленный олигарх. Так ли это — пока ни доказать, ни опровергнуть нельзя. Но то, что закулисные игроки разных ФПГ на выборах губернатора играли очень серьёзную роль, сомнению не подлежит.

 Таблица 4. Мнения о предвыборной кампании П.Сумина
 

Седьмым элементом формулы успеха на губернаторских выборах стал административный ресурс. П. Сумин имеет репутацию политика — заботливого хозяина, способного эффективно общаться как с региональной элитой, так и с населением. Такой имидж наиболее совпал с идеальным представлением избирателей о губернаторе и о методах работы, которыми он должен пользоваться. К его личности не приклеиваются ярлыки “Богатство” и “Коррумпированность”, и, как показала предшествующая избирательная кампания, его “тефлоновое покрытие” настолько эффективно, что позволяет прикрывать не только самого носителя, но и всю структуру исполнительной власти области.

П. Сумин с 1995 года постоянно находится в центре политической жизни всего региона, и наработанный им авторитет — это результат предыдущей административно-хозяйственной деятельности. Если закон позволяет, то любой политик имеет полное моральное право воспользоваться результатами своей прошлой деятельности. При этом то, что П. Сумин — политик, находящийся у власти в момент выборов — инкумбент, — не только облегчает, но и осложняет его позицию, открывая широкий простор для указания на имеющиеся недостатки в деятельности губернатора, возлагая на него ответственность за нерешённые проблемы и просчёты команды.

П. Сумин воспользовался административным ресурсом сполна. Большую часть избирательной кампании он посвятил рабочим поездкам, многочисленным совещаниям и общению с визитёрами, уйдя в отпуск на десять дней уже на финише выборов. Естественно, подобная тактика вызвала вопросы у его оппонентов, не имеющих возможности опереться на административный ресурс. Как следствие возник судебный иск от трёх кандидатов в адрес губернатора. Иск возник по схеме, напоминавшей курский сюжет со снятием с избирательной дистанции А. Руцкого. Судебный процесс завершился отклонением иска за сутки до дня голосования.

Итак, основные компоненты формулы успеха победившего на выборах губернатора Челябинской области П. Сумина представлены. Они носят не только умозрительный характер, но и подтверждаются оценкой избирателей. В январе 2001 года был проведён социологический опрос 3000 жителей Челябинска, в ходе которого им предлагалось оценить предвыборную кампанию П. Сумина, В. Гартунга и М. Гришанкова по четырём условно выделенным элементам. Оценка избирательной кампании П. Сумина приведена в Табл. № 4.

 Таблица 5. Мнения о предвыборной кампании В.Гартунга
 

В целом голосовавшие в Челябинске отмечают во всех четырёх компонентах избирательной кампании П. Сумина, что она была скорее хорошей, чем плохой; информации было скорее достаточно (32%), чем мало (9%); кампания была чистой (24%), а не грязной (9%); программа П.Сумина была скорее ясной (20%), чем неясной (8%); работа агитаторов — скорее хорошей (8%), чем слабой (6%). В сумме по четырём составляющим кампанию П. Сумина оценили скорее хорошо (84%), чем плохо (33%) (отношение: хорошо-плохо=2,5:1), а затруднились с ответом всего 8%. Далее будем использовать соотношение “хорошо : плохо” как общий показатель мнения о кампании того или иного кандидата.

Следует отметить, что выборы состоялись не только потому, что пришли голосовать около половины зарегистрированных избирателей, но и потому, что было достаточно большое количество политиков, пожелавших испытать счастье на выборах, была интрига, формировавшая интерес к выборам. Выборы потому и называются выборами, что дают возможность определиться и голосовать за одного из нескольких кандидатов. Хорошо, что претендующих на власть становится больше. Правда, из восьми кандидатов трое были явно ангажированы на выборы более сильными политиками: либо для подстраховки на случай снятия всеми другими своих кандидатур, либо для использования их в качестве рупоров для критики.

Включение В. Гартунга и М. Гришанкова в избирательную кампанию по выборам губернатора создало очень важную для таких политических действий интригу и напряжённость, поскольку результаты выборов прогнозировались всеми однозначно в пользу П. Сумина, и эта предопределенность могла привести к снижению явки избирателей в день голосования.

К чести обоих депутатов Государственной Думы, они действовали достаточно успешно, о чём свидетельствует сравнительный результат итогов голосования за двух депутатов Госдумы в 1996 и 2000 годах:

    
 

Можно сказать, что их дебют на региональных выборах удался. Однако существует принцип: у победы много родителей, а поражение всегда сирота. Второе и третье места по итогам голосования с представительным результатом — это не так уж плохо, но, естественно, возникает вопрос: а могло ли быть лучше и что этому помешало?

Первым из оппонентов П. Сумина начал избирательную кампанию В. Гартунг — еще в мае 2000 года. Стратегия избирательной кампании В. Гартунга была традиционной для его политической роли. Заняв однажды в 1997 году свободный плацдарм основного критического оппонента региональных исполнительных властей, он провел три успешных избирательных кампании в Государственную Думу, не меняя своего имиджа. По их итогам за депутатом Госдумы закрепился образ борца за справедливость, защищающего обиженных областной исполнительной властью, успешно выигрывающего в судах процессы о защите чести и достоинства у своих противников. В избирательной кампании В. Гартунга наряду с традиционно критическим, пропагандистским компонентом прослеживалось использование некоторых позитивных подходов, например, предложенный им вариант экономической программы развития области, а на заключительном этапе — лирических мажорных мотивов: семья, любовь, дружба. Однако в целом образ В. Гартунга как кандидата в губернаторы это не изменило и не улучшило, он так и остался однотонным. Претендентом не рекламировалась достаточно широко позитивная часть его будущей деятельности — она обозначалась лишь в общих чертах. В рекламной кампании В. Гартунга был позитив о себе, а не о других. К тому же в восприятии большой части избирателей немалый объём грязи и компромата в пропагандистско-информационных материалах команды В. Гартунга привёл к отталкивающему эффекту — стал раздражающим фактором и, скорее всего, обусловил потерю голосов в день выборов.

 Таблица 6. Мнения о предвыборной кампании М.Гришанкова
 

Результаты оценки избирательной кампании В. Гартунга приведены в Табл. № 5, составленной аналогично Табл. № 4.

Голосовавшие избиратели города Челябинска выше всего отмечают в кампании В. Гартунга достаточность информации (38% против 5%), затем работу агитаторов (12% против 6%), программа собрала примерно поровну “за” и “против” (8 и 9%). Но резко отличается отношение к чистоте кампании: честная кампания – 4%, использование грязи и компромата – 32%! В сумме по 4-м составляющим кампания В. Гартунга оценена примерно одинаково “хорошо: плохо” = 62:52% = 1,2:1.

Не лишены недостатков и организационные аспекты кампании. Трудно складывались отношения в штабной команде, пережившей в течение нескольких месяцев ряд кризисов, приводивших к замене специалистов и, соответственно, потере темпов ведения избирательной кампании. Не удалось найти оригинальный и убедительный слоган избирательной кампании. Создала вполне прогнозируемые трудности тактика вхождения в основную часть избирательной кампании, проводившаяся под лозунгом «В. Гартунг — кандидат № 1». Не лучшую роль сыграли социологические службы претендента, дезориентировав своего заказчика завышенным рейтингом. Однако в целом опыт участия в губернаторской кампании для В. Гартунга сыграл положительную роль, так как позволил критически взглянуть на собственный политический багаж и ближайшее окружение, в том числе на то, что в политике, как и в бизнесе, партнёры могут стать конкурентами.

Таким конкурентом на выборах губернатора в декабре 2000 года для В. Гартунга оказался М. Гришанков. Избирательная кампания М. Гришанкова началась в конце лета и строилась более тонко, разнообразно и расчётливо. Так, М.Гришанков практически не критиковал действующего губернатора, а сконцентрировал негативную информацию на его заместителях. Не имея такого разнообразия информационных каналов, в частности газет, штаб М. Гришанкова умело акцентировал внимание избирателей с помощью телевизионной рекламы на каждом номере газеты «Челябинская область». Выход её номеров подавался в TV-рекламе как серийный захватывающий детектив. Образ кандидата в губернаторы, который был предложен имиджмейкерами М. Гришанкова — «человек из команды Президента», заключал в себе позитивные черты: государственника, радетеля за национальные и региональные интересы; борца со злом, криминалом, политика, имеющего конкретный успешный опыт в этом деле; человека, по своему служебному прошлому знающего, что такое порядок; обаятельную улыбку и спокойную манеру общения. Способствовали успешной работе хорошо отмобилизованный штаб с квалифицированным мозговым центром и оригинальные приёмы распространения рекламной информации. Всё это позволило М. Гришанкову успешнее В. Гартунга бороться за неопределившуюся часть электората и сделать хороший финишный спурт. Результаты оценки кампании М. Гришанкова приведены в Табл. № 6, составленной аналогично Табл. № 4 и №5.

Голосовавшие избиратели в целом отмечают в кампании М. Гришанкова достаточность информации (29% против 20%), нейтрально — работу агитаторов (7% против 9%); программа скорее недостаточно ясная (7 против 12%); но больше всего критикуют отсутствие чистоты в кампании (4% против 19%). В сумме по 4-м составляющим кампания М. Гришанкова оценивается скорее отрицательно: “хорошо: плохо” = 46:60 = 1:1,3.

Однако вернусь к версии, которую я уже высказывал в печати по ходу избирательной кампании: участие В. Гартунга и М. Гришанкова в выборах губернатора выглядит как естественный очередной шаг в их политической карьере и обусловлено желанием получить опыт организации и проведения кампаний подобного масштаба для того, чтобы со знанием дела подойти к выборам губернатора в 2005 году. Опять же, если это ученический опыт, то аналитики М. Гришанкова могут учесть на будущее следующие факторы: программа кандидата выглядела достаточно общей и тезисной; отсутствовала партийная поддержка; серьёзные критические заявления не подтверждались в дальнейшем фактами, т.е. так и не были открыты “чемоданы” с компрометирующим материалом; не просматривалась политическая позиция кандидата, она содержала много неопределённости, так как по ходу избирательной кампании критические удары наносились и по команде действующего губернатора, и по В. Гартунгу; использование «дутого рейтинга» в качестве прогноза для подтягивания избирателей может нанести в будущем ущерб политической репутации кандидата.

 Таблица 7. Главные отличия электоратов П.Сумина, В.Гартунга и М.Гришанкова
 

В. Гартунг и М. Гришанков в силу целого ряда причин находились на одном электоральном поле и боролись друг с другом, но так и не смогли выйти на электоральное поле П. Сумина.

Возможно, этому помешал общий для обоих депутатов Госдумы принцип подхода к формированию своего политического имиджа — дискретный характер их присутствия на региональной политической сцене. Когда политик выходит на политическую сцену только перед выборами, трудно убедить избирателей в отсутствии меркантильности, пусть и политической.

«Грязные технологии» и жёсткая критика всех и всеми — вот чем еще запомнятся губернаторские выборы 2000 года. Следует отметить при этом, что сами кандидаты в критике друг друга участвовали минимально, зато штабы и подчинённые им газеты вели огонь по оппонентам из орудий всех калибров. Эффект «артиллерийской компроматной канонады» оказался разным.

Претенденты несли потери в той части электората, которую специалисты называют «мягким», или неустойчивым. У П. Сумина неустойчивый электорат, по данным социологического опроса, в начале декабря 2000 года составлял 10%, у В. Гартунга — 17,4%, у М. Гришанкова — 24,5%.

Потери в “мягком” электорате зависят не только от критики оппонентов, но и от правильно выбранной тональности своей избирательной кампании. Обилие грязи и компромата косвенно бьёт и по тому кандидату, который активнее других использует грязные технологии. Хотя, конечно, более значительную роль играет политическая репутация кандидата, устойчивость его имиджа и наличие некоего «тефлонового покрытия», помогающего защищаться от критики и грязи.

Действующий губернатор П. Сумин одержал достойную победу, укрепившую его политическое лидерство в регионе. У обоих его оппонентов получилась проба сил, примерка перед выборами 2005 года. Однако совсем не факт, что оба кандидата будут баллотироваться снова, и тем более не факт, что в регионе не появятся новые политические лидеры.

 

1 Уральский федеральный округ. Окружной информационный центр. Основные тенденции социально-экономического развития Уральского федерального округа в 2000 году.

2 Между Москвой и Чукоткой. Социальные контрасты в России сильнее экономических различий. //Известия, 24 октября 2000 г.

3 Наука побеждать или умение проигрывать. //Известия, 24.10.2000 г.

4 Д. Зобков, И. Сидорчук, Г. Галкин. (Челябинская область.) //Коммерсант. Власть: — 12.12.2000 г. — с.20.

  • Выборы в Уральском регионе


Яндекс.Метрика