Система государственного управления в сфере социальной защиты мигрантов

Суворова Н.Н.

Проблема появления вынужденной миграции явилась принципиально новой для России, что потребовало формирования миграционной политики нового типа. Переживающая период становления, эта политика неизбежно сталкивается с такими проблемами, как неадекватность нормативной базы, неоформленность институционных структур, хроническая и катастрофическая нехватка средств, отсутствие единой концепции и отлаженного механизма взаимодействия государственных структур.


 Н.Н. Суворова
 

По сравнению с развитыми странами, которые уже многие десятилетия решают во многом схожие проблемы вынужденной иммиграции, используя типовой арсенал средств, Россия находится в особом положении. Миграционные процессы, происходящие в ней, в частности такие, как массовое возвращение и переселение русскоязычного населения или репатриация депортированных народов практически незнакомы для международного сообщества.

Специфика российских проблем, порожденных новизной и размахом современных миграционных процессов, особенно резко обозначается на фоне переходного кризиса, переживаемого нашим обществом.

В советский период миграция населения осуществлялась главным образом в форме планируемого или, по крайней мере, предсказуемого оттока трудовых ресурсов на окраины России или в другие республики СССР. В 90-е годы миграционная ситуация резко изменилась. И тот факт, что подавляющую часть вынужденных мигрантов составляют сограждане и бывшие соотечественники, ставит российское общество в особые условия. В отношении этой категории мигрантов нельзя ввести квоты, ограничивающие въезд, как это делают западные страны. Им надо обеспечить не только пристанище, но и полноценную интеграцию в российское общество.

Создавшаяся ситуация объективно подтолкнула к созданию в 1992 году специального государственного органа - Федеральной миграционной службы России.

Благодаря рынку изменилась роль двух основных механизмов расселения: административных (бюрократических) и социальных, когда вопрос о местах вселения решается не по принципу "куда пошлют", а по принципу "где выгоднее", "где дешевле". А значит, главными субъектами расселения становятся уже не государство, а сами вынужденные мигранты - их коллективы и организации. И хотя по-прежнему правовая база для таких организаций не разработана, хотя регионы, принимающие беженцев, не имеют дополнительных льгот, хотя и сегодня не хватает информации о том, какие регионы и на каких условиях принимают вынужденных мигрантов, все же рынок серьезно меняет ситуацию.

Проблема появления вынужденной миграции явилась принципиально новой для России, что потребовало формирования миграционной политики нового типа. Переживающая период становления, эта политика неизбежно сталкивается с такими проблемами, как неадекватность нормативной базы, неоформленность институционных структур, хроническая и катастрофическая нехватка средств, отсутствие единой концепции и отлаженного механизма взаимодействия государственных структур. Указанными обстоятельствами во многом объясняются те большие сложности, с которыми сопряжено для государства решение вопросов, связанных с вынужденной миграцией, и в еще большей мере те проблемы и страдания, которые выпадают на долю наших соотечественников.

Сегодняшнее положение вынужденных мигрантов на региональных рынках труда в значительной степени связано не с экономическими реалиями, а с продолжающимся административным регулированием перемещений населения и, соответственно, функционирования рынков (через противоречащие федеральному закону акты об ограничении в регистрации по месту жительства, в приеме на работу, в регистрации бизнеса и т.п.). Этим регулированием переселенцы вытесняются в сельскую местность, где возникающие проблемы принимают гораздо более острые формы, чем в больших и средних городах.

После переезда в Россию при мизерной оплате труда заметно ухудшается уровень обеспеченности семей вынужденных переселенцев. Они заметно пополняют беднейшие слои российского населения, повышают уровень нищеты и увеличивают численность людей, нуждающихся в государственной социальной защите.

Положение вынужденных переселенцев на российском рынке труда - серьезный сдерживающий фактор их возвращения в Россию в перспективе. Не удивительно, что миграционный приток из новых независимых государств замедляется, хотя миграционный потенциал в ряде стран еще очень значительный. Но такого рода сдерживание является внеадаптивным, не связанным с улучшением ситуации в большинстве стран оттока. Причем ситуация этнокультурного и этносоциального дискомфорта в странах выезда дополняется сейчас углубляющимся экономическим кризисом. Людям приходится выбирать между плохим и худшим. Такое двустороннее сжатие нереализованного потенциала чревато взрывами.

Челябинская область, являясь приграничной зоной после распада СССР, приняла более 146 тысяч мигрантов из стран СНГ и Балтии.

Согласно показателям миграционного прироста в 2001 году со странами СНГ и Балтии по Уральскому федеральному округу Челябинская область лидирует - 10,2 тыс. человек (Тюменская область - 9,5 тыс. человек, Свердловская область - 8,0 тыс. человек). По прогнозу на период 2002-2015 гг. в области ожидается самый высокий уровень миграционного прироста населения по Уральскому федеральному округу.

Важной особенностью вынужденной миграции, характерной и для Челябинской области, является то, что, приезжая на постоянное место жительства в Россию из новых независимых государств, вынужденные переселенцы не только улучшают демографическую ситуацию, почти покрывая естественную убыль населения, но еще дополнительно восполняют трудовой потенциал (см. табл.1).

 Таблица 1
 

С 1993 года регион вступил в полосу естественной убыли населения, однако влияние этого фактора на изменение численности населения области в значительной степени сглаживалось положительным сальдо миграции населения. С 1992 по 2001 годы миграционный прирост населения составил около 106 тыс. человек. Своего пика он достиг в 1994 году, а затем пошел на убыль. Всплеск миграционной активности наблюдался также в 1997-1998 годах.

В общей сложности за последние десять лет миграционный приток компенсировал свыше 60% естественной убыли, причем в 1994, 1997, 1998 гг. он не только перекрывал эти потери, но и обеспечил абсолютный рост населения области.

Большинство мигрантов (вынужденных переселенцев) русские (76-77%), оставшуюся часть составляют татары, украинцы, башкиры и т.д. По данным анкетных опросов, они покидают прежние места обитания из-за дискриминации, трудностей, связанных с незнанием языка коренных национальностей, потерей работы.

Люди, приезжающие в Челябинскую область из стран бывшего СНГ, в основном высококвалифицированные специалисты и рабочие, имеющие высокий образовательный уровень. Так, среди вынужденных переселенцев в возрасте 16 лет и старше, свыше 50% имеют высшее и среднее специальное образование, остальные - среднее общее образование. Это более высокий образовательный уровень, чем у коренного населения. По переписи 1989 года на 1000 занятых в народном хозяйстве области лишь 37,5% имели высшее и среднее специальное образование, 36,3% - среднее общее образование. Обладая высокой конкурентоспособностью на рынке труда, вынужденные переселенцы зачастую при устройстве на работу обращаются непосредственно к работодателям, так как предлагаемые службой занятости вакансии не соответствуют их квалификации.

Большинство мигрантов приезжают семьями, в составе членов которых около 70% находятся в трудоспособном возрасте, 10% - это лица старше трудоспособного возраста и 17-20% - моложе трудоспособного возраста.

Как показывает статистика, места расселения зависят от характера миграции. Люди, приезжающие из стран ближнего зарубежья, в большинстве своем (80%) предпочитают в качестве места жительства города: Челябинск, Магнитогорск, Златоуст, Копейск, Сатка и т.д. Примерно 20% мигрантов выбирают местом жительства сельскую местность. Такой выбор продиктован тем, что большинство вакансий сосредоточено в городах, а также наличием более благоприятных условий, чем на селе, для обучения детей. В потоке прибывших в рамках внутри российской миграции доля выбирающих местом жительства сельскую местность в два раза выше, т.е. около 40%.

Анализ имеющейся статистики показывает, что в последние годы на фоне общего снижения миграционной активности, приток мигрантов в область снижается быстрее, чем отток населения. Особенно четко прослеживаются эти тенденции по итогам миграции в 2001 году. В этом году итоги обмена населением с другими регионами России были отрицательными (-897 чел.). Нужно брать в расчет, что потери как настоящие, так и будущие в данном случае идут преимущественно за счет наиболее активной части трудоспособного населения. В составе выбывших в другие регионы России 73% - это люди трудоспособного возраста.

Сальдо миграционного обмена со странами дальнего зарубежья всегда было отрицательным: 1997 г. - 2,9 тыс. чел.; 1998г. - 2,7 тыс. чел.; 1999 г. - 3 тыс. чел.; 2000г. - 2 тыс. чел.; 2001 г. - 2,1 тыс. человек. Около 65% выезжающих - лица трудоспособного возраста, имеющие высокий уровень образования и профессиональной подготовки. Большая часть уехали в Германию (74%), в Израиль (18%). Люди, выезжающие на место жительства в страны дальнего зарубежья, - это, как правило, безвозвратные потери, поскольку размеры обратного движения несопоставимы (174 чел. приехали, 2186 чел. уехали в страны дальнего зарубежья в 2001 г.).

Среди общего количества мигрантов, прибывающих в область на постоянное место жительства из стран СНГ и Балтии, 75% составляет доля прибывающих из Казахстана. Это обусловлено прежде всего тем, что Челябинская область непосредственно граничит с Казахстаном, обладающим в настоящее время самым большим миграционным потенциалом среди бывших республик Советского Союза.

Около 13% мигрантов претендует на статус вынужденного переселенца. На 1 января 2001 г. в миграционной службе Челябинской области состоит на учете 12,5 тысяч вынужденных переселенцев. Ежегодно снимается с учета около 2 3 тыс. человек. Большая часть состоящих на учете вынужденных переселенцев относится к категории малообеспеченных и, соответственно, нуждается в финансовой поддержке.

В рамках федеральной целевой программы "Дети семей беженцев и вынужденных переселенцев" оплачиваются путевки в летние лагеря отдыха детям из семей вынужденных переселенцев, оказывается адресная материальная помощь семьям, имеющим несовершеннолетних детей, приобретаются наборы школьно письменных принадлежностей для детей школьного возраста из особо нуждающихся семей вынужденных переселенцев.

В сентябре 1999 года администрация Челябинской области и ФМС России подписали Соглашение о взаимодействии, основными целями которого является совместное проведение единой государственной политики в области миграции населения на территории области, контроль за реализацией Федерального законодательства и законодательства Челябинской области по вопросам миграции населения, в том числе в области иммиграционного контроля, использования иностранной рабочей силы, финансирования и строительства жилья для вынужденных переселенцев.

В течение прошлого года для вынужденных переселенцев ЗАО Челябинская финансовая строительная компания построила за счет средств федерального бюджета 316 квартир общей площадью 16,6 тыс. кв. м на сумму 60 млн. рублей во многих городах и районах области. В приобретенных квартирах справили новоселье 965 человек. На 4,0 млн. рублей выдано долговременных беспроцентных возвратных ссуд для строительства (приобретения) жилья 92 семьям. Однако вопрос жилищного обустройства вынужденных переселенцев не решен. Очередь на получение жилья среди вынужденных переселенцев по области более 1400 семей, около 600 семей состоят в списках очередности на получение долговременной беспроцентной возвратной ссуды на строительство (приобретение) жилья.

Создан единый банк данных состоящих на учете нуждающихся в получении жилья в администрациях городов и районов, определяются порядок его предоставления, территории, где необходимо строительство жилья для вынужденных переселенцев.

С целью управления миграционными процессами, направленного на обеспечение устойчивого социально-экономического и демографического развития, необходима разработка и реализация региональной миграционной программы на период 2001-2005 гг., с учетом градостроительной документации всех уровней и местных особенностей.

Таким образом, с одной стороны, система социальной помощи достаточно разработана и выполняется в Челябинской области в соответствии с федеральным законодательством, с другой стороны, ее выполнение напрямую зависит от имеющихся в наличии денежных средств и материальной базы, хорошей координационной работы всех органов государственной, исполнительной власти и местного самоуправления, которые в той или иной мере призваны решать вопросы вынужденной миграции.

В апреле 2000 года при содействии миграционной службы Челябинской области было проведено социологическое исследование в виде сплошного опроса граждан, посетивших в это время миграционную службу.

Было опрошено 200 человек, из которых 100 человек имели статус вынужденного переселенца, а другие 100 человек претендовали на его получение. С учетом различия этих двух категорий были разработаны две анкеты.

Цель исследования заключалась в изучении особенностей положения и потребностей тех граждан, которые только что прибыли в область и еще не имели статуса вынужденного переселенца, и как изменилось положение тех, кто был признан вынужденным переселенцем, с которыми долгое время работает миграционная служба Челябинской области.

В анкетах имелся ряд совпадающих вопросов, ответы на которые были интересны для сравнения. Это следующие вопросы: материальное положение, уровень трудоустройства, потребность в услугах социального обеспечения, нуждаемость в социальной помощи со стороны миграционной службы и органов социальной защиты, определение "идеальной модели" специалиста миграционной службы.

Помимо этого, исследовательский интерес представлял вопрос, обращенный к тем, кто не имел статуса вынужденного переселенца, о их трактовке социальной защиты как понятия вообще и знания ими Закона "О вынужденных переселенцах", поскольку от этого напрямую зависит то, как построит с ними свою работу миграционная служба Челябинской области: будет ли она относиться к ним как к потребителям, которые желают быть иждивенцами, или это активные, деятельные люди, способные переломить создавшуюся ситуацию в свою пользу собственными силами.

Общей характерной чертой респондентов, которые имеют статус вынужденного переселенца, является то, что они приехали в Челябинскую область и обратились в миграционную службу в большинстве своем в 1996-1997 годах.

Из 200 опрошенных мигрантов мужчины составляли 47%, женщины - 53%. Из опрошенных респондентов в трудоспособном возрасте находятся более 84% вынужденных переселенцев и 80% не имеющих статуса. Уровень образования достаточно высокий: 76% вынужденных переселенцев и 83% не имеющих статуса вынужденных переселенцев имеют среднее специальное и высшее образование.

Большинство опрошенных выбрали варианты ответов, которые подразумевают, что социальная защита это безвозмездное, бесплатное предоставление определенных материальных благ - таких как жилье, работа, материальная помощь, с другой стороны, данная группа ответов отражает то, что больше всего волнует не имеющих статус вынужденного переселенца то, в чем они нуждаются в первую очередь - работа, жилье. Тем не менее, 19% опрошенных оценивали социальную защиту как систему мер, комплексных услуг именно для людей, оказавшихся в тяжелой ситуации.

Не менее важно для вынужденных мигрантов является знание законодательства, касающегося вынужденных переселенцев. Практика показывает, что у тех 47%, которые ответили, что знают отдельные пункты, в реальности все выглядит иначе, эти знания не имеют под собой никаких оснований. Данное явление, безусловно, осложняет работу специалистов миграционной службы.

Следующая группа вопросов касалась сравнения материального положения вынужденных переселенцев и тех, кто только прибыл в Челябинскую область. Это сравнение являлось важным показателем уровня социальных услуг, предоставляемых региональной миграционной службой Челябинской области.

Положение вынужденных переселенцев оказалось намного лучше, чем тех, кто еще не имеет статуса, 57% опрошенных вынужденных переселенцев оценили свое положение как "хорошее" и "удовлетворительное", тем не менее, 46% оценивают как "тяжелое". Тяжелым признают свое положение молодые люди и пенсионеры. Подавляющее большинство тех, кто не имеет статуса вынужденного переселенца, оценивают свое положение как тяжелое и очень тяжелое.

Особый вопрос - о жилищных условиях мигранта. Жилищные условия достаточно плохие: 49% снимают квартиру, 33% живут у родственников, одна треть живет в общежитиях. Трудоустраиваются мигранты, как правило, самостоятельно. Среди неработающих и не имеющих статуса вынужденного переселенца в качестве основных причин неустройства на работу были названы: отсутствие родственников, знакомых, связей; несоответствие профессии имеющимся вакансиям; неэффективная работа службы занятости. Среди других причин были указаны: малая оплата предлагаемой работы, возрастные ограничения при приеме на работу, отсутствие прописки.

Одна из основных задач анкетирования состояла и в определении "идеальной модели" специалиста миграционной службы. Результаты опроса приведены в табл. 2, в ней даны персональные характеристики и индивидуальные качества "идеального работника" миграционной службы.

По итогам исследования видно, что вынужденные мигранты представляют собой определенную социальную группу активных, деятельных личностей, четко представляющих свои потребности. Это подтверждает уровень их образования, наличие постоянной работы, количество не нуждающихся ни в каких услугах.

Вынужденные переселенцы - чрезвычайно эффективные работники с очень мощной мотивацией к труду, поскольку им нужно все создавать заново. Сама судьба толкает их на то, чтобы искать новые пути для вхождения в жизнь на новых местах, поэтому трудовой потенциал вынужденных переселенцев достаточно высокий, а в России с ее слабой заселенностью многих территорий условия для использования этого потенциала более чем благоприятные.

Большинство вынужденных переселенцев уехали из страны своего прежнего проживания, руководствуясь такими психологическими установками как "уважение к собственной личности" и "активная гражданская позиция". Надо отметить, что нет большой разницы в ответах мигрантов с высшим, средним специальным или средним образованием, все они относят себя к вынужденным мигрантам, что сплачивает их в одну солидарную группу с совместными интересами и желаниями. Наблюдается слабая связь между уровнем образования, официальным статусом вынужденного переселенца и уровнем нуждаемости его в различных услугах. Например, большинство мигрантов самостоятельно находят работу еще до того, как официально получают статус.

Положение человека, имеющего статус вынужденного переселенца позитивным образом отличается от претендующего на статус, поскольку миграционной службой предоставляется весь комплекс услуг в различных направлениях деятельности. Однако одна лишь миграционная служба области не может эффективно и в достаточно короткие сроки справиться с проблемами вынужденных мигрантов, поэтому ей необходимо иметь прямые связи с другими службами и организациями, занимающимися вопросами миграции.

Так паспортно визовая служба Главного управления внутренних дел должна осуществлять контроль за въездом иностранцев, предоставлять гражданство РФ, делать запросы в государства прежнего жительства с целью уточнения личности мигранта. Департамент федеральной государственной службы занятости населения должен обеспечивать трудоустройство вынужденных мигрантов. Главное Управление образования должно обеспечить места для детей мигрантов в учреждениях образования. Главное Управление здравоохранения - медицинское обслуживание, Главное Управление социальной защиты и пенсионного обеспечения населения занимает в этой схеме недостаточно правильное положение, поскольку основные функции по социальной защите вынужденных переселенцев берет на себя миграционная служба. Органы местного самоуправления в лице администраций городов и районов области отвечают за жилищное обеспечение вынужденных переселенцев. То есть эффективность системы социальной защиты зависит от отлаженного механизма деятельности всех органов и учреждений, занимающихся вопросами миграции.

Для оптимального решения вопросов социальной защиты вынужденных переселенцев остается важным учитывать следующие позитивные моменты.

Миграционная служба функционирует на основании солидной нормативно-правовой базы, разработанной с ее участием и в довольно короткие сроки. Это соответствующие Указы Президента, Постановления Правительства, Постановления местных органов исполнительной власти, положения различных ведомств и министерств, в том числе и собственные.

Сам Федеральный закон "О вынужденных переселенцах" отличается рядом положительных качеств, глубиной и разносторонностью регламентации. Так, после определения понятия вынужденного переселенца, он предусматривает его права и обязанности, определяет порядок обращения с ходатайством о признании в качестве мигрантов. Закон устанавливает компетенцию органов представительной и исполнительной власти, а также местного самоуправления.

Для Челябинской области характерны определенные сдвиги в миграционной политике, как и в России в целом, где уже ставятся в повестку дня такие вопросы, как создание стартовых условий для интеграции мигрантов, стимулирование их трудовой и предпринимательской активности, ориентированной в перспективе на получение финансово экономической отдачи, подъем слабых участков экономики в регионах, решение местных социальных проблем (удовлетворение потребности в обеспечении населения учителями, врачами, жильем, а также необходимыми товарами и услугами). Для улучшения системы управления миграционными процессами необходимо учитывать человеческий фактор, обеспечение адаптации населения.

Принимая во внимание высокий образовательный уровень переселенцев, их принадлежность к городским профессиям и большую готовность к предпринимательской деятельности, расточительно, с точки зрения использования трудового потенциала мигрантов, продолжать направлять их в сельскую местность в сферу неквалифицированного труда.

 Таблица 2
 

Идет постепенная отладка механизма миграционного регулирования, в процессе которого учитываются, усваиваются и адаптируются к российским позитивные приемы реализации миграционной политики, отработанные за многие десятилетия западными странами. Это регулирование начинает приобретать комплексный, многоцелевой характер: начиная от иммиграционного контроля до оказания помощи соотечественникам в ближнем зарубежье. Все больший акцент делается на оказание помощи переселенческим общинам, признанным во всем мире оптимальной формой адаптации и интеграции подавляющей части мигрантов.

Недостатки имеющейся системы социальной защиты в области вынужденной миграции еще более очевидны. Большинство вынужденных переселенцев испытывают значительные моральные и материальные трудности из за неопределенности дальнейших перспектив своего пребывания в России. В условиях экономического кризиса на обустройство мигрантов хронически не хватает денег. Утверждается, как правило, не более трети средств, требующихся на реализацию Федеральной миграционной программы по решению проблем вынужденных переселенцев. Значительная их часть меняет высококвалифицированный труд на низкоквалифицированный, то есть происходит массовое недоиспользование их возможностей. Кроме проблем с занятостью вынужденные переселенцы испытывают значительные трудности с обеспечением жильем. Последнее тем более важно, поскольку среди них высока доля пенсионеров, инвалидов, матерей одиночек, детей сирот. До сих пор не решена полностью проблема компенсации оставленного вынужденными мигрантами имущества.

В силу обстоятельств, судьбы прибывающих мигрантов складываются противоречиво. Многие из них адаптируются в местах их первоначального прибытия, другие продолжают перемещаться внутри России в поисках постоянного места жительства. Тем не менее, большинство мигрантов остается в России. Поэтому, несмотря на сегодняшние экономические трудности, все же придется осознать, с одной стороны, прямые угрозы безопасности, создаваемые проводимой сегодня политикой в отношении соотечественников (либо же отсутствие какой либо определенной политики). С другой стороны, потенциальную ценность притока переселенцев, его будущую роль в истории страны. В долгосрочной перспективе стягивание в Россию русскоязычного населения, обладающего значительным демографическим, интеллектуальным и трудовым потенциалом, создает возможности удовлетворения потребностей развития производства и внутреннего рынка с наименьшим импортом рабочей силы из Китая, Вьетнама, и других зарубежных стран.

В этой связи, на наш взгляд, необходимо продумать тактику и стратегию действий по следующим направлениям.

1. На основе углубленного изучения мотивов, продумать комплекс возможных мер, направленных на снижение миграционных потоков в страны дальнего зарубежья. Потери от этого вида миграции особенно ощутимы, поскольку уезжают ученые, наиболее квалифицированные специалисты, врачи, артисты, музыканты, выдающиеся спортсмены и т.д.

2. Интенсивность миграции из ближнего зарубежья во многом зависит от складывающейся социально-экономической ситуации, как в этих странах, так и в регионе. Однако можно осуществить ряд мер организационного порядка, стимулирующих миграцию квалифицированной рабочей силы в регион. Речь идет, прежде всего, о создании системы информации потенциальных переселенцев относительно места работы и места жительства, перспектив решения жилищной проблемы, возможности для обучения детей и т.д.

3. Обратить самое серьезное внимание на отрицательное сальдо внутри российского миграционного обмена, размеры которого пока не велики. Для выработки осознанной политики в рамках этого направления важно получить беспристрастный ответ на вопрос о том, что привлекает уезжающих людей в других регионах и вызывает негативную реакцию в местах проживания.

4. Повысить управляемость рынком иностранной рабочей силы. По экспертным оценкам в Челябинской области до 70 тыс. иностранных граждан работают вне рамок трудового найма, то есть нелегально. "Нелегалы" действительно создают предпосылки для роста социальной напряженности. Дело в том, что в случае легального привлечения иностранной рабочей силы работодатель берет обязательство о создании дополнительных рабочих мест. При нелегальной занятости это условие естественно, не выполняется, и иностранные граждане становятся конкурентами для местной рабочей силы. Нужно также учитывать, что именно в этой среде возникает повышенная криминогенная обстановка.

В случаях привлечения иностранной рабочей силы на законных основаниях, на наш взгляд, следует обратить внимание на проявившуюся в последние годы нежелательную тенденцию роста числа иностранцев, занятых в торговле и общественном питании. Так, в 2000 году в этой сфере было занято 42,7% от общего числа привлеченной иностранной рабочей силы.

Проведенный анализ показывает, что период улучшения качественных характеристик трудового потенциала области за счет миграции практически закончился. Акценты в региональной миграционной политике необходимо сместить в сторону снижения оттока населения. В противном случае влияние миграционного фактора на качественный состав региональной рабочей силы станет отрицательным и потери квалифицированных кадров негативно скажутся на дальнейшем экономическом развитии области.

В настоящее время идет реформирование органов государственной службы. И первый шаг, сделанный в этом направлении, коснулся миграционной политики. Указом Президента Российской Федерации от 16 октября 2001 г. № 1230 Министерство по делам федерации, национальной и миграционной политики Российской Федерации упразднено с передачей функций в части, касающейся реализации миграционной политики Министерству внутренних дел Российской Федерации. За последнее время это практически четвертая реорганизация миграционного ведомства. И если новая реорганизация была неизбежна, необходимо провести ее с минимальными потерями, с сохранением того наработанного опыта, который был накоплен с момента создания Федеральной миграционной службы. России жизненно необходима сильная государственная структура, занимающаяся комплексом миграционных проблем включая миграцию внутреннюю.

  • Управление


Яндекс.Метрика