«О наполнении государственных мест достойными и честными людьми...»

Кодан С.В.

Бюрократия - клон государственной власти, которая заинтересована обеспечить соответствующее ее взглядам и подходам государственное управление обществом. Но именно бюрократия, не обузданная ни самой верховной государственной властью, ни гражданским обществом, под воздействием эгоцентристских интересов людей, собственно и образующих государственную бюрократическую машину, становится кланом, с которым уже не может справиться сама государственная власть. Почти два с половиной столетия назад, 15 декабря 1763 г. манифест Екатерины II подчеркивал, что "многие наши верноподданные от разных … правительств, а особливо в отдаленных от резиденции нашей местах, не только не получают в делах своих скорого и справедливого по законам решения, но еще от насилия и лихоимства, или лучше сказать, от самых грабежей во всеконечное разорение и нищенство приходят".
Актуально, не правда ли?.


 С.В. Кодан
 


"ТАБЕЛЬ О РАНГАХ" ПЕТРА ПЕРВОГО: ОТ СЛУЖБЫ ГОСУДАРЮ К ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЕ

"Се аз, холоп твой..." - так, начиная с правления Ивана III, каждый служилый человек, не исключая и князей, должен был официально обращаться к царю. К тем временам и уходит своими истоками появление государственной службы в России, неразрывно связанной с созданием русского централизованного государства. И хотя Киевская Русь не знала служебной повинности, по мере объединения русских земель под властью московского князя удельные переходили на положение великокняжеских слуг, получая почетные места на службе для себя и своих потомков и возлагая на себя безусловное подчинение московскому князю. Законодательство XVI-XVII вв. определяло характер служебных повинностей и наказание за уклонение от нее. Русь складывалась как "служилое государство", закладывались основы регулирования службы государю.

В России выделение государственной службы в особое направление публично-профессиональной деятельности и возникновение бюрократии шли параллельно с возникновением и усилением государственной власти, созданием Русского централизованного государства, а затем и Российской империи. Отмена местничества в 1682 г. стала началом преобразования государственной службы в России и показала необходимость упорядочения новой системы назначений и отладки производства в чины для сплочения складывающейся бюрократии как опоры развивающегося абсолютизма. Еще в царствование Федора Алексеевича был подготовлен проект "Устава о служебном старшинстве бояр, окольничих и думных людей", который не был реализован. Политическая и государственная централизация с необходимостью влекла и выстроенную на тех же началах бюрократическую систему, непосредственно и исключительно подчиненную верховной власти, выделение особой социальной группы должностных лиц, наделенных властью и становящихся всепроницающей и доминирующей силой в обществе.

Возникновение профессиональной государственной службы и бюрократии в России было связано с государственными реформами Петра I, создание которым "регулярного государства" (в современном понимании - "рационально управляемого государства") требовало укрепления аппарата управления и его движущей силы - "регулярной" ("рациональной") бюрократии. Можно говорить о том, что именно с этого времени появилась "профессиональная деятельность по обеспечению полномочий государственных органов" - как это и закреплено в современном российском законодательстве. С конца XVIII в. - начала петровского правления - организационные преобразования центрального и местного государственного аппарата неизменно корреспондировали с бюрократическо-кадровым обеспечением их деятельности - совершенствованием системы государственной службы.

Создание Правительствующего Сената (1711 г.) и коллегий (1717 г.), заменивших Приказы, выстраивало новую систему центральных органов государственного управления на основе бюрократической коллегиальности, которая предполагала соединение познаний чиновников для поиска наилучших решений - "что един не постигнет, постигнет другой", повышение оперативности принятия авторитетных и независимых решений и сокращение казнокрадства. 28 февраля 1720 г. был издан "Генеральный регламент", который определил организационное устройство коллегий, порядок их деятельности и делопроизводства. Все эти нововведения - проведенные реформы центрального и местного аппарата управления - требовали новой организации всей системы государственной службы - гражданской и военной.

Переход от службы государю к государственной службе с переходом от отдельных служебных поручений боярам и создания соответствующих учреждений (Приказов) к согласованной, выстроенной по единой схеме системе центральных и местных государственных учреждений с постоянным составом должностных лиц потребовал решения и проблем организации государственной службы. Параллельно приблизительно в 1719-1722 гг. была проведена работа по созданию узаконения о государственной службе, хотя сбор сведений о европейском законодательстве (английском, шведском) начался ранее и продолжился сбором необходимых материалов Иностранной коллегией во Франции, Голландии, Дании и Пруссии. Подготовительные материалы содержали оригиналы текстов их законов о чинопроизводстве - шведских уставов о чинах 1696 и 1705 гг., регламентов датских королей Христиана V (1699 год), Фредерика IV (1717 год) и др., переводы на русский язык, а также сводный обобщающий документ по этому вопросу. Русская практика была обобщена в виде подготовленных по приказу царя "Показаний древнейших русских чинов гражданских и придворных с изъяснением каждого".

Петр I лично проработал и четырежды отредактировал подготовленный А.И. Остерманом проект, который затем направил для обсуждения в Сенате, Военной и Адмиралтейской коллегиях. После рассмотрения полученных замечаний проект был царем в окончательном варианте внесен на утверждение в Сенат. 24 января 1722 г. Петр I подписал знаменитую "Табель о рангах" (полное название: "Табель о рангах всех чинов воинских, статских и придворных, которые в каком классе чины; и которые в одном классе, те имеют по старшинству времени вступления в чин между собою, однако ж воинские выше протчих, хотя б и старее, кто в том классе пожалован был"). Этот законодательный акт на два следующих столетия определил основы государственной службы в России.

В основе причин издания "Табели о рангах" лежали потребности социально-политического характера. С одной стороны, повлияло усложнение социальной структуры общества, в связи с чем уже на рубеже XVII и XVIII вв. потребовалось выделение государственной службы в самостоятельную сферу деятельности для обеспечения ее относительной независимости, а вместе с тем - создание особой, профессионально, социально и корпоративно выделенной группы государственных служащих. С другой стороны - усиление государственно-правовых начал в деятельности государственной власти (когда юридический инструментарий ее политики приобретал системообразующее значение в создании государственных управленческих структур) и повышение роли законов как актов оформления политической воли монарха и главного источника права, которые должны были выполняться всеми подданными независимо от положения в сословной и служебной иерархии. В этих условиях на законодательное регулирование переводилась и государственная служба, в основе которой долженствовала бы определенная законом "монаршая воля" в виде компетенции того или иного чиновника по разрешению государственных дел, отступление от которой рассматривалось как невыполнение предписаний главы государства, от которого исходила и сила закона, и "главное единоначалие" в стране.

"Табель о рангах" по своему смыслу прежде всего предусматривала иерархию должностей, по которым и давался чин, но при этом не всегда было возможно разделение должностей и чинов. "Табель" состояла из таблицы, которая собственно и определяла 14 классов (рангов) с соответствующими им чинами и должностями каждого из двух родов государственной служебной деятельности - военная (сухопутная служба и морская) и гражданская (светская и придворная) служба, а также девятнадцати комментирующих его "пунктов". Воинская служба была поставлена на первое место - чины "воинские выше протчих". Ранг при этом можно рассматривать как звание, а право на него давала должность. Поскольку "Табель" регулировала главным образом статус дворянской бюрократии, то низшие офицерские чины в армии и мелкие служащие гражданского ведомства - канцеляристы, переписчики и другие - в нее внесены не были.


СТИМУЛЫ ДЛЯ ПОСТУПЛЕНИЯ НА ГРАЖДАНСКУЮ СЛУЖБУ

В основе узаконения лежало преимущественное право поступления на государственную службу дворян (главным образом потомственного поместного дворянства), которые имели льготные условия поступления на службу и быстрого продвижения по ее рангам. При этом власть, конечно же, учитывала значение дворянства и как социальной ее опоры, и как более образованного в целом сословия. Бралось в расчет и то, что дворяне имели имущественную обеспеченность, поскольку сама государственная служба считалась для дворян сословной обязанностью и давала довольно небольшое материальное вознаграждение. При этом предполагалось, что каждый служащий был обязан пройти их, начиная снизу и доверху, прослужив в каждом классе определенное количество лет, но срок нахождения в них за особые заслуги по службе мог быть сокращен. Для перехода в следующий класс необходимо было занять вакантную вышестоящую и соответствующую следующему чину должность.

Такая система государственной службы предполагала обеспечить замещение указанных в табели вакансий и приобретение необходимых познаний и навыков самим опытом государственной службы - первоначально основного средства обучения служащих. Упоминалась в "Табели" и выплата денежного жалованья, которое начинает в петровское царствование вытеснять раздачу земли и способствует формированию бюрократии как социальной группы, не принадлежавшей к классу землевладельцев, но стоявшей на страже интересов верховной власти и феодального государства.

В условиях сословного строя в России государственная служба связывалась с обязательным наличием дворянского состояния и чиновник должен был иметь статус дворянина, поэтому "Табель" предусматривала, что каждый выслуживший первый - низший - классный чин имел право получить дворянство.


 
 

Еще 16 января 1721 г. право на дворянство было установлено в общем порядке для всех офицеров. В законе говорилось: "Все обер-офицеры, которые произошли не из дворян, оные и их дети и их потомки суть дворяне и надлежит им дать патенты на дворянство". При этом в военной службе потомственное дворянство давал сразу же XIV класс, что было обусловлено желанием власти укрепить армию, нуждавшуюся в знающих и толковых офицерах. В гражданской - потомственное дворянство давал только VIII класс, а XIV-IX лишь личное, специально определенный статус своеобразного "неполного дворянства". Чиновники с личным дворянством обладали рядом льгот и преимуществ потомственного дворянства - освобождались от телесных наказаний, рекрутской повинности и податей, но они не имели права передать дворянство своим детям, приобретать крепостных крестьян и участвовать в корпоративных органах дворянства. Повышение сословного статуса и получение связанных с дворянским состоянием привилегий являлось серьезным стимулом для поступления на гражданскую службу. При этом недворяне, как определял указ от 31 января 1724 г., принимались на службу не на классные должности, хотя и разрешалось производить в чины "из подьяческого чина, кто какое знатное дело покажет и заслужит".

Право назначения на должности по гражданской службе было распределено между главой государства и Сенатом. Царь определял в первые, высшие пять классов, а в XIV-VI классы - Первый департамент Сената. Своеобразным "управлением кадров" становилась созданная в 1722 г. Герольдмейстерская контора Сената, руководитель которой - герольдмейстер - "дворян ведал и всегда представлял к делам, когда спросят". В конторе должны были осуществлять поименный учет всех дворян и принятых на государственную службу, иметь сведения о возможных кандидатах для назначения, а также учет дворянских детей и, прежде всего, "кто родится и умрет мужского пола". Для борьбы с самозванством в представлении себя дворянином предусматривались меры по обеспечению чистоты дворянского сословия. По опыту западноевропейских стран герольдмейстер выдавал дипломы и присваивал гербы.

Интерес представляет и то, что вакансии гражданской службы замещались путем продвижения по службе служащих данного учреждения и не предусматривали назначения чиновников "со стороны". При этом каждое государственное учреждение должно было готовить свои кадры путем своеобразной "стажировки" - через зачисление в штат коллегий резерва из молодых дворян (6-7 человек), которые, чтобы стать членом коллегии юнкеров, проходили испытания в знаниях в коллегии и утверждение Сенатом. После этого они получали 14-й ранг и были обязаны обучаться чиновному делу. Этим подчеркивалось особое значение профессиональной подготовки молодого чиновничества. Юнкера изучали делопроизводство, экономику и право - "что касается до правого суда, также торгам внешним и внутренним к прибыли империй и экономии", а затем для совершенствования знаний продолжали обучение за границей - "посылать в чужие край по несколку, для практики той науки".

Характерно, что еще указом от 7 марта 1721 г. Петр I определил производство в чины гражданской службы после прохождения установленных сроков службы в предыдущих чинах и с учетом полученного на родине и за границей образования. В порядке исключения допускался "нужды ради и за оскудением ученых" прием лиц, которые ранее не учились, но они зачислялись титулярными коллегии юнкерами без получения чина. В дальнейшем узаконениями 1730-1750 годов по мере развития системы учебных заведений было установлено право на назначение должности XIV и более высоких классов лиц, прошедших обучение в Кадетском шляхетском корпусе и в университете, профессиональное образование постепенно стало коррелировать с карьерными возможностями.

"Табель" говорит и о пожаловании дворянства не за службу. Отмечается, что это исключительная прерогатива императора. Порядок рассмотрения прошений о даровании дворянства установлен следующий: в первой инстанции их должен рассматривать Сенат, а во второй - сам император. Некоторые положения сформулированы в этом пункте не вполне ясно, хотя он и подвергался доработке перед окончательным утверждением "Табели о рангах". В практике, к примеру, возникал вопрос, что понимать под ста годами родовой выслуги для получения герба и, видимо, дворянства: нужно ли было просителю доказать, что его род служил царю уже сто лет назад, или необходимо установить сто лет непрерывной службы.

"Табель" предусматривала определенную служебную субординацию - штраф тому, "кто выше своего ранга будет себе почести требовать, или сам место возмет выше данного ему ранга". Эти правила должны были соблюдаться на приемах, церковной службе, торжествах и т.п. При этом "фискалом прилежно смотреть, дабы тем охоту подать к службе, и оным честь, а не нахалом и тунеядцом получать", что наносило удар по местничеству и нежеланию части знати нести государственную службу. Неподобающее поведение рассматривается как определенная обида, но не лицу и не сословию, а чину. Поэтому император, вторя известной поговорке "Из грязи, да в князи", "милостивийше напоминает" и советует, как надо одеваться и жить в соответствии со своим чином: "…особы часто тем умаляется, когда убор и прочей поступок тем не сходствует, якоже на супротив того многая разоряются, когда они в уборе выше чина своего и имения поступают", а для этого "чтоб каждый такой наряд, экипаж, и либрею имел, как чин и характер его требует". Утрата чина была следствием совершения преступления и наказания - "публично на площади наказаны или хотя только обнажены или пытаны были". Восстановление могло произойти только по решению императора.

Петр I заложил основы профессиональной государственной службы. Определенные "Табелью о рангах" положения закрепили на последующие почти два столетия основные принципы состояния российского чиновничества. Дальнейшее развитие системы государственной службы отразило политику верховной власти в сфере государственно-правового строительства в России, которая проявилась в институционализации государственной службы по двум направлениям - общему определению кадровой политики и формированию профессиональной бюрократии как инструмента управления обществом. С этого времени чиновничество начинает занимать важное место в реализации государственной политики, становится "кровью и плотью" государственного механизма власти. В послепетровское время, в течение второй четверти XVIII в., "Табель о рангах" являлась основным регулятором государственной службы и узаконением, определявшим положение российского чиновничества.


"К ПОЛЬЗЕ И СЛУЖБЕ НАШЕЙ И НАШЕГО ЛЮБЕЗНОГО ОТЕЧЕСТВА". РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ ПРИ ЕКАТЕРИНЕ II

Важным этапом в становлении государственной службы в России стало правление Екатерины II, деятельность которой по развитию системы государственного управления и законодательства требовала отладки как механизма государства, так и организации государственной деятельности самих чиновников. Общая кадровая политика в сфере государственной службы была направлена прежде всего на отслеживание и регулирование социального состава бюрократии, в размывании дворянской основы которой верховная власть была крайне не заинтересована. Это обеспечивалось принадлежностью высших и средних слоев гражданского и всего военного чиновничества к привилегированному сословию - дворянству и реализацией правительственных мер по ограничению притока на государственную службу выходцев из податных сословий.

Государственная перепись государственных служащих, проведенная в середине 1750-х гг., показала устойчивую тенденцию преобладания дворянства в высшем и среднем эшелонах государственной службы. В центральных учреждениях 87,5% чиновников высших рангов (I-V классы) состояли из дворян, VI-VIII классов - 76,5% и IX-XIV классов - 34,5%. На местном уровне соответственно 92,6%, 81,7% и 36,4%. К XVIII в. общая численность государственных служащих гражданского ведомства доходила до 15-16 тыс. чиновников.

И хотя узаконениями 1760-1860-х гг. строго предписывалось контролировать и ограничивать под угрозой штрафа прием "податных людей в статскую службу", устанавливалась система учета таких лиц, находящихся на службе, и обязательное представление документов, подтверждающих "дворянское достоинство" чиновника, - практика приема на службу недворян продолжалась. Этому способствовал и ранее изданный 18 февраля 1762 г. Манифест "О даровании вольности и свободы всему российскому дворянству", по которому для дворянства ликвидировалась обязательность государственной службы и который стимулировал отток представителей этого сословия со службы. Расширение функций государственного аппарата и потребность в служащих заставляли привлекать в аппарат управления разночинцев, что потребовало дальнейших правительственных мер по использованию сословного принципа в чинопроизводстве.

Наиболее четко эту позицию отразил высочайше утвержденный доклад Сената от 5 сентября 1765 г. "О порядке производства нижних канцелярских служителей в чины и определения на классные места; о приеме малолетних дворян в службу, и о производстве в судейские звания, а военных отставных в статские чины". Он ввел порядок определения малолетних дворян на государственную службу в нижние чины и производства их чинами наряду с реально служащими чиновниками. При этом даже малолетний дворянин имел преимущество в получении чина перед другими сословиями. Одновременно был установлен срок в 12 лет для получения очередного классного чина коллежскими секретарями "из приказных чинов, а не из дворян", при котором следовало личное дворянство для служащего. Параллельно с определением сословно-кадровой политики и ее законодательным оформлением предпринимались правительственные меры по обеспечению соответствия чина и должности, что явилось следствием сложившейся к середине XVIII в. практики награждения более высоким рангом без повышения в должности. Эти меры должны были обеспечить нормальную работу государственного аппарата, но они замедляли прохождение службы мелкими чиновниками. Указами от 5 сентября 1765 г. и 1 июня 1771 г. запрещалось производить "из канцелярских нижних служителей" в 14 класс без наличия штатной вакансии, а также решать вопросы чинопроизводства не по месту службы.

Дальнейшие узаконения следовали в русле определенной тенденции и были обобщены в указе от 16 декабря 1790 г. "О правилах производства в статские чины". И хотя в нем указывалось на необходимость "ободрения людей достойных и способных" и обеспечения им "пути к преимущественному пред прочими возвышению", узаконение еще раз подтвердило преимущества дворянства при прохождении службы - оставался в силе прежний срок беспорочной службы в 12 лет, после которого получалось личное дворянство. При этом оговаривалась и возможность "буде кто не из дворян за отличные службы и способности достойным явится поступить в асессоры прежде указанного срока, то принимать решение самому императору". От последнего зависело и награждение чинами купцов и мещан. По поводу соответствия чина и должности подчеркивалось сохранение прежних правил. При этом отметим, что указ юридически закрепил наименования гражданских чинов.

Необходимо отметить, что ограничения на повышение в ранге в условиях российской раздачи чинов не срабатывали. Получение чина более высокого ранга, на один или даже два превышающего класс по фактически занимаемой должности, было в гражданской службе довольно обычным явлением. Еще в петровской "Табели" оговаривалось, что если кто-то "выше ранг получил, нежели по чину, который он действительно управляет, то имеет он при всяких случаях ранг вышнего его чина". При этом получение более высокого чина давало право претендовать первым и на занятие соответствующей должности. Узаконения 1742 и 1753 гг. разрешали для поощрения лиц, имевших "знатные" заслуги по службе, давать чин без должности, но по "высочайшему усмотрению" и как исключение, которое из "частной меры" сделалось правилом.

При этом именно характерное для России "исключение из правил" привело к появлению в русском лексиконе слова "чиновник". Это было связано с тем, что число высших должностей в государственном аппарате всегда было меньше числа низших и продвижение по службе в гражданском ведомстве часто оказывалось крайне медленным и не вызывало интереса к активной служебной деятельности или ее продолжению. И поэтому практиковалось при отсутствии вакансий производство в следующий класс с оставлением на прежней должности. При этом класс как ранг должности превращался в самостоятельное явление - ранг без должности, получивший название чина (классного чина), и за таким обладателем чина утвердилось наименование "чиновник".

Екатериной II был предпринят и комплекс мер по определению положения самого чиновничества, то, что принято сейчас называть "социальной защитой государственных служащих". 15 декабря 1763 г. последовал манифест императрицы "О наполнении судебных мест достойными и честными людьми, о мерах к прекращению лихоимства и взяток; о взимании с 1 генваря 1764 года по приложенному реестру положенных по новым штатам на жалованье разных сборов и об отсылке оных в Штатс-контору".


"НЕИМУЩИХ СУДЕЙ УГНЕТАЮЩАЯ БЕДНОСТЬК ЛИХОИМСТВУ ПОБУЖДАЛА"

Манифест с весьма красноречивым названием констатировал, что кадровое обеспечение государственной службы не соответствует задачам государственного управления: "Многие наши верноподданные от разных… правительств, а особливо в отдаленных от резиденции нашей местах, не только не получают в делах своих скорого и справедливого по законам решения, но еще от насилия и лихоимства, или лучше сказать, от самых грабежей во всеконечное разорение и нищенство приходят".

Но одновременно было обращено внимание и на состояние самой бюрократии и отмечено, что должности занимают лица "без всякого знания и способности" и нередко государственные служащие "отсылались к делам, не получая при том никакого жалованья", что поэтому часто "неимущих судей угнетающая бедность к лихоимству побуждала". В манифесте определялось и решение предоставить чиновникам "к безбедному пропитанию … довольное жалованье".

Одновременно был издан и манифест, обозначивший комплекс мер по определению положения чиновничества в государственном механизме - определены штаты "разным присутственным местам" с установлением жалования, усовершенствована структура ряда центральных (Сената, Юстиц, Вотчинной и Ревизионной) коллегий и упразднены некоторые учреждения (Сибирский и Розыскной приказы, Печатная и Раскольническая конторы и пр.), а также было заявлено об отказе от системы практической подготовки "при присутственных местах … титулярных юнкеров" и "об учреждении при кадетском сухопутном корпусе и Московском университете классов российской юриспруденции и о приуготовлении детей из разночинцев и приказного чина для определения в присутственные места в копиисты, об их обучении и содержании на казенный счет".

При этом следует обратить внимание на то, что начинают определяться критерии штатно-финансовой дисциплины - размер жалования зависел от иерархии и значимости самих центральных и местных государственных учреждений, занимаемой должности и т.п.; жалование должно было определяться только по должности, и если чиновника повышали в чинах, но он оставался в прежней должности, - жалованье "получать не по тому чину, каким повышены, но по месту, какую должность отправлять будут". Одновременно труд мелких канцелярских служащих стимулировался и ставился в зависимость от способностей и прилежания - "смотря по трудам и достоинству канцелярским нижним служителям жалованье производить", а их число определялось самим руководителем учреждения в пределах выделенной на их содержание по штатам суммы.

Фонд оплаты труда чиновников формировался за счет увеличения налогов и сборов за изготовление и продажу вина, пива, меда, с заключаемых купчих, челобитных, производства, торговли и т.п., что увеличивало налоговую нагрузку на податные сословия. Правда, и сами чиновники еще с начала XVIII в. платили в казну сборы за повышение чина и патенты, их подтверждающие. Выплаты возрастали в зависимости от чина и составляли в армии от 25 коп. до 50 руб. в год, а с гражданских чиновников взыскивались в двойном размере. Эти сборы поступали в Штатс-контору, которая распределяла жалование в соответствии со штатами, которое выплачивалось чиновникам три раза в год. Власть следила за регулярностью выплаты жалования, и когда в 1764 г. в "по случившемуся … недобору, на содержание всех судей и канцелярских служителей жалованьем, может быть недостаток", решило проблему исключительно сокращением количества присутственных мест без задержки выплат. Кроме выплаты жалованья, практиковалось, как и прежде, награждение чиновников за службу землями и крестьянами.

7 июня 1764 г. Екатерина II утвердила и придала тем самым силу узаконения докладу Сената "О пенсионах статских чиновников", по которому пенсионное обеспечение полагалось по истечении 35 лет выслуги или ранее, если он получит увечье на службе.

Особо оговаривалось, что при этом чиновник не должен быть наказан "за большие и бесчестные преступления". При этом пенсия при выделении ежегодно фиксированной суммы в 25 тыс. руб. носила обязательной характер и получалась выходящими на пенсию при открытии "пенсионной вакансии". Размер пенсиона устанавливался "в половину жалованья при действительной службе".

При этом чиновник мог претендовать на одну из возможных наград - повышение чина или пенсию. Стремление к увольнению "с награждением пенсиона" усиливало зависимость чиновников от начальства. Надо сказать, что назначение чиновникам пенсиона при выходе в отставку большого распространения не получило.


"НАГРАДА ЧИНАМИ... ЕСТЬ МОНЕТА САМАЯ НЕУДОБНАЯ"

Вместе с тем, фактическое положение с организацией государственной службы и состоянием чиновничества в России все более заходило в кризисный тупик. В 1816 г. министр внутренних дел О.П. Козодавлев в официальном документе отмечал: "Во второй половине царствования императрицы Екатерины... страсть к чинам по статской службе возросла и усилилась до такой степени, что она все оплоты порядка по службе сломила и наводнила вдруг гражданскую в России службу безграмотными чиновниками, кои определялись к должностям, способностям и знаниям их нимало не соразмерным, единственно токмо потому, что они приобрели по службе чины... Тогдашние вельможи и временщики, желая вывести приверженцев своих и родных в люди, не могли употребить их по недостатку в их воспитании и в способностях к должностям и местам, кои непременно требуют некоторых познаний... и потому выводили они их в чины и давали места, в коих дальнейших знаний, по общему тогда заблуждению, не требовалось... Другие, впрочем довольно достойные люди, глядя на сих покровительствуемых временщиками чиновников, не хотели уже оставаться на местах своих, не получая чинов".

М.М. Сперанский в 1808 г., давая оценку чинам и чинопроизводству в XVIII в., писал Александру I, что "чины гражданские введены в России в те времена, когда в грубых нравах века не было другого способа дать людям, занимающим гражданские должности, некоторое уважение и отличие от черни, как сравнив их места с чинами военными; отсюда произошла пресловутая табель о рангах. Чины гражданские в начале своем имели постоянное знаменование. Коллежский советник был действительно советником Коллегии, но впоследствии мало-помалу знаменование сие переменилось, чины умножились без меры, отделились от мест, и остались даже такие чины, коих и должности соответствующие в империи уже не существуют".

По его мнению, "давая чин, правительство дает не мнимое только и сравнительное титло, оно дает право на место, чину сему соответствующее, но к коему чиновник сей никогда не готовится, и следовательно, готовит себе неспособного исполнителя. Оно дает ему право и на следующие чины, коих он одними летами службы, без сомнения, достигнет, и следовательно, давая чин, например, коллежского асессора чиновнику в полицейском деле расторопному, оно вместе с тем законом ручается ему и в чине тайного советника, к коему он и природою и воспитанием не призван. Оно дает ему еще более, давая право покупать деревни и владеть людьми в крепость. Итак, награда чинами, по первому взгляду так легкая и почти мнимая, в самом деле есть монета самая неудобная и для государства обременительная".

Эти суждения отражали кризисные явления в российской государственной службе, требования ее модернизации. И, тем не менее, XVIII столетие в истории государственной службы в России заложило основы ее места и роли в реализации государственной политики и управленческой деятельности.

Определенные в царствование Петра I принципы формирования профессиональной государственной службы, определения должностного и сословного положения чиновничества, требований к профессиональной подготовленности государственных служащих получили развитие в последующее время. Россия вступала в новое столетие, в котором реформы государственного аппарата потребовали дальнейшего развития государственной службы. Российская государственная служба вступала в XIX столетие - в свой "золотой век".


  • История


Яндекс.Метрика