Самое главное — это «революция в мозгах»

Памфилова Э.А.

Яркая женщина и яркий политик, Элла Памфилова, по результатам социологического опроса, проведенного Всероссийским Центром изучения общественного мнения в августе 1994 г., посвященного участию женщин в государственной и политической деятельности, получила второе место после Маргарет Тэтчер (среди самых известных женщин мира - политических деятелей). В конкурсе "Женщина 1995 года" Элла Памфилова заняла вторую позицию после Аллы Пугачевой. По материалам опроса газеты "Аргументы и факты", ее имя упомянуто 56,5 процентами опрошенных. Впереди нее с небольшим отрывом были названы лишь два политика - Григорий Явлинский и Александр Лебедь.


 
 

В ноябре 1991 г. Указом Президента РФ назначена Министром социальной защиты населения РФ (занимала этот пост до 1994 г., когда в знак несогласия с проводимой правительством политикой добровольно подала в отставку). В декабре 1993 г. была избрана депутатом Государственной Думы по Калужскому территориальному округу № 87 и работала в Комитете ГД по труду и социальной политике. Одновременно (с мая 1994 по июль 1995) являлась Председателем Совета по социальной политике при Президенте РФ (на общественных началах). Они разработали Программу по предотвращению нищеты, которая предлагала четкое разделение уровня федеральной и региональной поддержки, изменение политики доходов, комплексный подход к расширению рынка труда и политики занятости, введение прожиточного минимума. Эта программа прошла три круга согласования и была попросту "похоронена" во властных структурах.

В ноябре 1994 г. Памфилова вышла из фракции "Выбор России", не разделяя позиции по вопросу об отношении к правительству, в котором "от реформ ничего не осталось". Стала инициатором законопроекта об ограничении депутатской неприкосновенности. Летом 1995 г. Э. Памфилова становится во главе избирательного блока "Памфилова-Гуров-Лысенко", за который проголосовало свыше миллиона избирателей.

В декабре 1995 г. вновь избрана депутатом Государственной Думы РФ. Памфилова - один из немногих политиков, которые с самого начала последовательно выступали против вооруженного конфликта на территории Чеченской Республики.

Она является членом Комиссии при Президенте РФ по поиску пленных, заложников и интернированных граждан. Памфилова - инициатор создания Общероссийского Движения "За здоровую Россию" и является председателем его совета.

С 1996 г. входит в депутатскую группу "Российские Регионы".


- Элла Александровна, ваш политический опыт - достояние республики…

- Я причисляю себя уже к "древним мамонтам" в политике. С 1989 г. начался сложный путь. Я "тертый политик", "тертый калач". Многое на своем веку мне довелось пережить и в разных ипостасях поработать. Начинала я с Верховного Совета СССР, народный депутат СССР и министр в первом проекте реформы, депутат двух созывов и человек, который много внимания уделял и созданию разных общественных организаций. Я побывала действительно в разных ипостасях, много видела, узнала и нашу "политическую кухню". Может быть, этот путь и не пример для подражания. Я даже уверена, что далеко не пример. Наоборот, нельзя и не надо действовать так, как действовала я в своей ситуации. Но все-таки и положительный, и отрицательный опыт - это опыт. И у меня есть свой взгляд и на современную политику, на современные партии, и на предвыборную ситуацию, и на многие другие проблемы.

- Непросто возглавлять Комиссию по правам человека при Президенте РФ в государстве, которое так долго называло себя тоталитарным, а россияне, словно по инерции, привыкли быть "под прессом"?

- Я считаю, что самое важное, самое главное в нашей стране - это действительно формирование самодостаточной личности. И на протяжении многих лет это было моим кредо как политика - инвестиции в человеческое развитие. Я считаю, что это самое главное, потому что страна не может быть благополучной, если в ней нет, скажем так, баланса прав личности, общества и государства. Я думаю, что именно к этому мы должны стремиться. У нас всегда было так, что государство подавляло человека. Жизнь человеческая у нас во все века не ценилась. И это стало основой традиции, менталитета и предопределило такое второстепенное внимание к правам человека и отношение людей к самим себе. Недооценка себя, своего человеческого достоинства, недооценка своего места в обществе и в государстве задала определенные отношения в обществе.

- Мы не ценим и тех, кто рядом?

- У нас традиция подавлять человека, пренебрежительно относиться к нему со стороны государственных структур. К сожалению, это факт. Реальность. И на протяжении нескольких последних лет, когда мы пытаемся строить, создавать новую страну, мы долго и мучительно бродим в потемках, пытаясь осознать и сформировать систему целей, систему ценностей, современное мировоззрение. Бродим в поисках так называемых идей, в том числе национальной. А что нас может объединить? Что позволит нам как народу, как сообществу личностей, если мы к этому придем, все-таки сделать мощный прорыв в мировом пространстве? Чтобы мы были конкурентоспособны, чтобы качество образования, качество подготовки наших молодых людей было таким, чтобы они везде в любой точке мира ощущали себя нормально, "на уровне". Чтобы они в любой точке мира были конкурентоспособны, чтобы им было не стыдно за свою страну, чтобы они гордились тем, что они из России.

- Что нам позволит сделать этот прорыв? Или - как сформировать сообщество личностей, если мы впадаем из одной крайности в другую?

- Я считаю, что самое главное - это "революция в мозгах", в нашем сознании. Это наше самое слабое место. Мы постоянно на протяжении многих лет как маятник качались из одной крайности в другую. То мы себя возвеличивали, на все лады повторяя, какие мы великие, какие мы замечательные. То мы стали "посыпать голову пеплом", повторяя везде, какие мы несчастные, какие мы второстепенные, второсортные, уязвимые, неполноценные и так далее. И это привело к смещению многих понятий. Поэтому, на мой взгляд, самое главное, чтобы шло формирование сообщества личностей. И начинать это надо с того момента, как ребенок родился. То есть это формирование определенного образа жизни и определенных ценностей. Если говорить о нынешней ситуации с правами человека, то она определяется не только тем, что многие государственные институты устарели, очень медленно, тяжело трансформируются с учетом современных требований. Вы знаете, как трудно у нас идет судебная реформа. Все-таки судебная защита - это основная система защиты прав человека. Одна из ключевых задач. Это постоянный предмет дискуссий среди правозащитников, экспертного сообщества: каким образом, с одной стороны, обеспечить истинную независимость судебной системы, как в лучших государствах, где демократические традиции и богатый опыт, где люди живут достойно. И, с другой стороны, как обеспечить "прозрачность" для общества действия судебной системы. Чтобы это не была корпоративная, закрытая система, которая сама по себе плодит произвол. К сожалению, это факт на современном этапе. У нас так случилось, что правоохранительная система, силовые структуры, обязанные стоять на страже защиты интересов и прав человека, во многом сами по себе стали представлять угрозу, творить произвол в отношении человека. Это сейчас, как никогда, очень актуально. И это касается в первую очередь судебной системы.

- Элла Александровна, вы считаете, что "прозрачность" силовых структур - это реально?

- Задача очень сложная. Идут дискуссии, каким образом действительно обеспечить, чтобы она была общедоступна для общественного контроля, "прозрачна" обществу. Как она функционирует? Какие нарушения, злоупотребления в самой системе возникают и каким образом избежать их? Это первое. Вторая составляющая защиты прав человека - это внесудебная система защиты прав человека. И тут основной институт - это институт уполномоченного по правам человека. Наша комиссия - комиссия при Президенте РФ - это общественная комиссия. Мы работаем год (состав фактически был утвержден в октябре). Это новый состав, когда комиссия заработала в совершенно новом качестве, нетрадиционными методами. Я даже ее рассматриваю в какой-то степени как чрезвычайную комиссию, которая способна мобилизовать весь наш общественный потенциал. Потому что у нас очень маленький административный ресурс. Самое большое наше достоинство - это широкий общественный ресурс, большая сеть организаций, на которые выходит каждый член комиссии, и информационный ресурс. Мы пытаемся заложить основы современной, дееспособной, эффективной системы защиты прав человека. То есть в первую очередь задача комиссии - это решение системных проблем, это стратегия формирования защиты прав человека в России. Это очень амбициозная задача. Она далеко выходит за рамки наших полномочий, потому что комиссия, если брать ее саму по себе, всего-навсего совещательно-консультативный орган при Президенте РФ, который обязан помогать ему, как гаранту Конституции, обеспечивать защиту прав человека. Всего-навсего. Ну, мы вот так амбициозно решили, что кроме нас пока это сделать некому. И мы должны стать тем катализатором, тем центром, который, по крайней мере, сможет мобилизовать всю общественную потребность в этой сфере. Вот это главная, это системная наша задача - формирование стратегии.


Именно поэтому, если вернуться ко второй составляющей защиты прав человека - внесудебной системе, - то мы крайне заинтересованы в том, чтобы институт (еще новый, молодой) уполномоченного по правам человека "встал на ноги". Чтобы он действительно обрел тот статус, который должен иметь в обществе, потому что сейчас, к сожалению, в большей степени все зависит от личности. Если нет авторитетного руководителя, никто не знает и не вспоминает, что есть такой институт. Наша задача - сделать все возможное, чтобы статус этого института и на федеральном, и на региональном уровне повышался. И это тоже во многом зависит от формирования правового просвещения, общественного сознания в этой сфере.

И еще один очень важный элемент внесудебной защиты прав человека - это вся властная вертикаль, в первую очередь - исполнительной власти. Конечно, и законодательной тоже. Но в большей степени - исполнительной. Надо, чтобы и она работала более или менее нормально. Эта внесудебная система защиты прав человека, как это ни парадоксально, стала основным источником нарушения прав человека. Я уже сказала о правоохранительной составляющей, но это касается всех уровней государственных структур, и сейчас к ним еще прибавляются структуры частные. Мы тоже должны об этом говорить. Это предприятия различных форм собственности. С введением нового Трудового кодекса произошел определенный перекос в обеспечении прав наемных работников и работодателя. Многие факты говорят о том, что, в первую очередь, массовое нарушение прав людей идет, конечно, со стороны государственных структур разных уровней, но теперь тут "подключились" и другие составляющие, которых раньше в нашем государстве, таком монолитном, не было. Именно поэтому мы сейчас готовим целый ряд предложений, в том числе и законопроектов. В недрах администрации Президента подготовлен закон о петициях.

Мы разрабатываем закон (правда, он еще пока "сырой") о праве граждан на индивидуальные и коллективные обращения. Это как раз упорядочение системы ответственности в соответствии с уровнем компетенции и полномочиями. Надо заставить, чтобы на муниципальном уровне чиновник нормально работал с гражданами, но для этого его надо обеспечить соответствующим финансированием, уровнем полномочий. Чтобы не просто "сваливать" на него то, что не может сделать федеральная или областная власть, а чтобы под ответственность был соответствующий уровень полномочий. Это очень важно. Потому что сейчас с чем мы сталкиваемся? Наибольший произвол у нас происходит на местном уровне, именно поэтому масса обращений: это и беззаконие, и формализм, волокита, хождение людей годами… У нас есть факты, когда к нам люди обращаются, потеряв всякую надежду найти правду и отстоять свои права - они десятилетиями по пустячному вопросу ходят по всем инстанциям, получают пинки, массу унижений и так далее, и "инстанции" не решают этот вопрос. Начинаем разбираться, оказывается, что он яйца выеденного не стоит… Просто чиновник на каком-то уровне небрежно, грубо отнесся к этому человеку. Это - массовое явление в стране. И здесь, конечно, большое поле для работы.

Это то, чем мы сейчас занимаемся, хотя встречаем очень большое сопротивление и непонимание. Со стороны, в том числе, и очень многих государственных служащих, которые плохо понимают, также как и многие сотрудники правоохранительных органов, что правовое просвещение, защита прав человека в первую очередь выгодны им как гражданам общества. Потому что куда идут незаконно уволенные прокуроры, судьи, чиновники всех уровней, когда их "пинком под зад" выбивают за то или иное прегрешение? Они идут в общественные организации.

И кстати, из-за достаточно высокого уровня коррумпированности в правоохранительной системе "выбивают" наиболее честных, которые "не вписались" в корпоративные интересы той или иной группы. Они идут в правозащитные организации. То есть выстраивание системы ответственности - нормальной, цивилизованной системы защиты прав человека, очень выгодно. Это должны понять наши государственные чиновники, которые пока небрежно относятся к этой проблеме. Идет формирование системы правового просвещения. Ну и многие другие аспекты проблемы.

- Комиссия по правам человека - организация общественная, но "грызет" государственные проблемы? Она работает для общества и привлекает к этому само общество?

- Третья составляющая защиты прав человека, на которую я бы хотела обратить внимание, это общественная. Для нас они все - равноценны. Если где-то ущербна одна из них - вся система скомкана и уродлива. Поэтому мы крайне заинтересованы в развитии гражданского общества, в развитии общественных организаций нового типа, современных, которые четко понимают действительность, ее реалии и вызовы, уровень агрессии среды обитания и умеют прогнозировать те проблемы, которые назреют завтра и "упадут на головы" наших граждан. И профессионально (это очень важно, чтобы общественные организации были профессиональными) работали на этом поле. Комиссия сама по себе является порождением гражданского общества и гражданского форума 2001 г. В ее состав вошли все видные представители или лидеры ведущих правозащитных организаций России. Это и Московско-Хельсинская группа Алексеева, и представители "Мемориала" Ганушкина, который занимается проблемами гражданства, и Симонов с "Фондом гласности" (у нас вообще пять журналистов в комиссии, включая Владимира Соловьева, Алексея Симонова), и "Экологический Союз" Забелина, и Комитет солдатских матерей и так далее. Николай Петрович Шмелев - член нашей комиссии, а также Рошалин, который возглавляет несколько российских и международных организаций… За каждым членом комиссии стоит или мощная сеть общественных организаций, в первую очередь правозащитных, или сильная аналитическая служба, институт… Около 650 организаций, которые работают в интересах детей. Это "Гражданское общество детям России" и другие.

У нас очень обширная электронная сеть, есть свой сайт, и мы постоянно работаем в этом направлении, кстати, достаточно успешно. У нас и "Общество потребителей", и те организации, которые занимаются трудовыми вопросами. У нас в составе комиссии по правам человека также известные московские лидеры Голов и Борщев, (но не потому, что они входят в "Яблоко" - мы далеки от политической конъюнктуры, а потому что они - профессионалы). Борщев много лет занимается проблемами осужденных, ситуацией в "закрытых" учреждениях. Голов - специалист по трудовым и социальным вопросам, возглавляет институт социальной политики (то есть за каждым стоит широкое поле проблем).

- Диссиденты, правозащитники традиционно считались демагогами, чуть ли не "бунтовщиками" и нередко встречали непонимание. Их отправляли в "психушку", увольняли с работы…

- В нашем обществе достаточно критично относятся к правозащитникам. Осталось еще такое убеждение. Наши старейшие российские правозащитные организации, в основном, вышли из диссидентского движения, которое боролось с тоталитарным режимом. Но ситуация резко изменилась. Сейчас у нас нет тоталитарного режима, мы уже второй десяток лет строим, пытаемся создавать демократическое государство. С плюсами или минусами, но мы идем в этом направлении. Власть легитимна. Власть демократически избранна. Значит, надо менять характер работы. Ставить и решать другие задачи. Нравится власть или не нравится - с ней надо налаживать взаимодействие, диалог. И вот те организации, которые у нас наиболее авторитетны, они осознали и поняли это. И там работа пошла эффективно. Они могут занимать критичную позицию, достаточно критично по многим вопросам относиться к власти, но они понимают, что с этой властью надо взаимодействовать. Это очень важно. И самое главное: нам надо создать новым организациям условия для развития. Для огромной страны России правозащитных организаций у нас все-таки недопустимо мало. Очередная задача комиссии - это содействовать тому, чтобы в России был создан благоприятный климат для развития гражданских общественных инициатив. Для того, чтобы граждане научились самоорганизовываться по интересам, чтобы они развивались. Сейчас ситуация пока обстоит достаточно сложно.


Если говорить о тех задачах, которые мы пытаемся решить в рамках нашей компетенции, то над ними мы работаем постоянно. В прошлом году в Тольятти мы провели экспертный форум. Попытались подвести итоги, проанализировать изменения, произошедшие после 2001 г., после политического действа, когда власть выразила политическую волю. Да, мы готовы на уровне Президента РФ сотрудничать, взаимодействовать с общественными организациями. Давайте строить это взаимодействие. Давайте вместе работать. Что дальше? Это просто лозунг или вслед за этим пошла какая-то серьезная работа? Мы попытались проанализировать эти проблемы на экспертном форуме. В этом году следующий шаг был сделан в Нижнем Новгороде. Политическое мероприятие, экспертная оценка, анализ того, по каким направлениям нам удалось чего-то достичь, где провалы и минусы, - нелицеприятная, объективная оценка. Эта работа по формированию, укреплению и развитию гражданского общества стала системной. Мы решили, что такие конференции российского масштаба надо проводить в округах, мобилизуя потенциал того или иного региона. Это наиболее эффективная система. Исходя из этого, мы строим всю свою работу. Мы стали одним из каналов связи между Президентом РФ, администрацией президента и многими общественными организациями, представителями гражданского общества. Одновременно мы стали и одним из каналов независимой информации, часто отличной от ведомственной информации и ведомственных интересов. В этом, наверное, ее основная ценность, помимо того, что мы взяли на себя амбициозную задачу формировать и выработать стратегию защиты прав человека. И, на мой взгляд, если говорить о конкретных вещах, то мы сейчас сдвинули с "мертвой точки" ситуацию с системой налогообложения общественных организаций. Целый ряд других аспектов, которые, на мой взгляд, позволят сильным организациям стать еще сильнее, а слабым дадут возможность окрепнуть.

- Вы можете коротко рассказать о направлениях деятельности комиссии?

- Разделю их опять-таки на три части. О первом, системном направлении - стратегической работе - я сказала. Вторая задача очень важная - это определение самых острых, горячих сфер в защите прав человека. Не просто обозначение проблемы, а подготовка профессионально выверенных решений для Президента РФ. Здесь у нас есть определенные успехи. Мы очень серьезно всей комиссией готовились к встрече с Президентом РФ, которая произошла в декабре прошлого года, и подготовили 12 вопросов, по которым мы уже были способны предложить серьезное решение и взять на себя ответственность за их осуществление. Именно по итогам встречи комиссии с Президентом нам удалось изменить его позицию о несостоятельности закона о гражданстве и правовом положении иностранных граждан. Мы высказали свое мнение о том, что их надо легализовать. От полутора миллиона граждан и больше - их никто не считал - бывших советских граждан оказались в тяжелом положении. Сейчас пакет поправок к закону о гражданстве от имени Президента вынесен. В этом большая заслуга комиссии и тех правозащитников и экспертов, которые долго и трудно в течение десяти месяцев, начиная с декабря прошлого года, иногда встречая полное непонимание нашего вопроса, его "пробили". Это пакет предложений по созданию системообразующей базы по защите прав детей в России. В первую очередь - воссоздание ювенальной юстиции и, как первый шаг, создание судов для несовершеннолетних в судах общей юрисдикции. Эта работа тоже идет непросто, но идет. Нам бы еще Верховный суд РФ переубедить: они пока колеблются. Это серьезный пакет документов и большой объем работы, связанный вообще с ситуацией в правоохранительных органах и пенитенциарной системе. Помимо Борщова в этом направлении работал Абрамкин и другие правозащитники.

- Закон "валялся" в Госдуме пять лет, а вы его сделали за год "законорожденным"?

- И я хочу отметить как наше достижение то, что Президент РФ поддержал закон об общественном контроле за соблюдением прав граждан в местах заключения. Я не могу сказать, что он "валялся" в Госдуме, но у него была очень тяжелая судьба: начиная с 1997 г. он перекладывался. И вот только после ярко выраженной воли Президента РФ, когда он на нашей встрече просто подписал "поддержать", закон был принят в Госдуме в первом чтении, пошла работа. Это то, что касается общественных организаций и системы налогообложения, это ситуация с правами будущих поколений, средой обитания, экологией и так далее. Перекликаясь с защитой прав несовершеннолетних, права в сфере здоровья выходят на первый план. И это одна из тех тем, которые больше всего волнуют граждан. Мы выступили с инициативой, что необходимо воссоздать государственные органы по экологическому надзору, и на Госсовете она была принята и поддержана. Это, естественно, ситуация в Чечне, мы постоянно работаем по этому направлению. И, несмотря на все трудности, многие, очень сложные проблемы с нашей подачи Президент РФ рассматривает, прислушивается и решает. Это сокращение блокпостов, запрещение принудительного переселения чеченских беженцев из Ингушетии. Это то, что касается свободы средств массовой информации. Мы в свое время были также противниками внесения нескольких ограничительных поправок к закону о СМИ. Это одно из ключевых направлений. Сейчас мы проводим мониторинг состояния региональной прессы. Это одна из горячих тем. И мы намерены ею заниматься предметно в самое ближайшее время. Наряду с еще одной горячайшей темой - грядущей реформой ЖКХ.

К традиционному пониманию защиты прав человека - политические права, гражданские права - тесно примыкают права второго порядка: трудовые, социальные, в сфере экологии, культурные, религиозные, предотвращение экстремизма и так далее. Не буду перечислять все самые горячие темы. Но это и защита прав военнослужащих, комитет солдатских матерей и так далее. Мы занимаемся выявлением горячих тем и подготовкой совершенно готовых, конкретных предложений для Президента РФ: что надо сделать, чтобы "снять" или решить эту проблему. И еще порой приходится работать как "пожарная команда" - это прецедентные обращения, горячие обращения, которые на примере личной судьбы затрагивают интересы большого количества людей. Мы пытаемся помогать, и даже анализ приходящих обращений дает нам очень много: где наибольший произвол, что волнует людей.


Выводя все эти составляющие, нам удалось составить общую картину, опереться на потребности общества и таким образом строить свою работу. И тут, конечно, очень важно, для нас это одна из ключевых проблем - создание системы общественного контроля, "прозрачность" деятельности государственных структур, органов власти для граждан. И без инициативы граждан, без их самоорганизации это сделать невозможно. Если общество пассивно, лениво, если люди недооценивают себя и свои возможности, нельзя решить какую-то проблему, заставить представителей власти работать в интересах общества. Чтобы не общество обслуживало представителей власти, а чтобы власть формировалась в соответствии с потребностями общества. Задача достаточно сложная. Но она политически важная, совершенно необходимая. Сколько бы мы ни говорили о каких-то успехах, партнерстве, сотрудничестве с США - никто нас не будет воспринимать всерьез, пока мы изнутри не начнем укреплять себя, пока мы не научимся уважать сами себя. Я считаю, что это самая главная проблема. Цепная реакция унижения и неуважения к себе, друг к другу на всех уровнях приводит к тому, что Россия никак не может утвердить себя на международном уровне с правами человека. Нужно подвижничество, мобилизация национального достоинства. С этой точки зрения я рассматриваю необходимость и важность защиты прав человека.

- Как бы вы оценили политическую погоду России на пороге очередных выборов в Госдуму?

- Я считаю, что сейчас время "серой" политики. Я вспоминаю Первый съезд народных депутатов, когда были действительно яркие личности, народные инициативы, надежды и так далее. 1989-й, 1990-й, 1991 годы. И качество политиков в то время - оно было очень высоким, хотя опыта никакого не было. Я имею в виду именно личностное качество. И вот я наблюдаю первую Думу, вторую Думу. Все как бы построилось. Так же, как распределились финансовый, ресурсный, природный рынки, так у нас более или менее стабилизировался и политический рынок. К сожалению, плохо, что это произошло. К сожалению, на протяжении последних лет возникает ощущение серости в политике. Я смотрю на наши высшие законодательные органы - это печальное зрелище. Сила власти определяется умением ценить своих оппонентов. Потому что, чем сильнее оппонент, тем сильнее власть. Если оппоненты уничтожаются, если оппоненты слабые, безвольные, если некому скорректировать те или иные мысли, инициативы власти, то постепенно эта власть хиреет и ослабляется. Поэтому я считаю, что сейчас, исходя из того, что мы видим, исходя из того, что происходит, к сожалению, политическая сцена, политическая арена, политическая сфера превратилась в некий политический рынок и идет торговля, в частности, на местах. И когда нормальные, самодостаточные, с высоким потенциалом люди не могут пробиться именно потому, что они не хотят торговаться по тем или иным параметрам, это беда. Почему я говорю, что мой путь в политике алогичен, ему не надо следовать? Именно потому, что человеку, который пытается сохранить свои принципы и не прислоняется в зависимости от конъюнктуры к той или иной сильной административной, финансовой или какой-то другой группе, очень трудно прорваться. И то, что со мной происходит, происходит вопреки всякой логике. Это потому, что я человек сильный. Но других - сшибают. На самом низшем уровне. И это беда, я считаю, что сейчас очень важно поддержать молодых политиков.

В политику должна прийти новая поросль, чувствующая тенденции современного развития, законы бытия, мыляща стртегически, видящая ситуацию и проблемы в целом, умеющая работать на опережение. Умеющая организовать вокруг себя мощные, аналитические службы, понимающая стратегию развития, при этом обладающая определенным набором каких-то человеческих качеств. Вот это очень важно. Надежда именно на ту молодежь, которая выросла в новой ситуации, которая не отягощена нашим грузом проблем. Потому что каждому из нас приходится выдавливать из себя многие вещи, не только раба. И в первую очередь должно быть личное (человеческое, гражданское) достоинство, которое не позволяет считать других за "быдло", за электорат, которым можно манипулировать и вести его в то или иное политическое "стойло".

Я прошла все политические стадии - была депутатом, участвовала в президентских выборах - и решила, что нет, больше на выборы я не хочу идти, поэтому мне хочется помочь молодым политикам. Мне кажется, что все те политтехнологии, которые по инерции сейчас еще применяются, уже безнадежно устарели. Они начинают вызывать все больший протест при голосовании "против всех". Надо менять отношение к людям. Надо уходить от манипуляции электоратом. К сожалению, в стране создана мощная политтехнологическая индустрия. Идут огромные потоки денег. Это выгодно. Существует целая политтехнологическая индустрия, значит, деньги надо осваивать.

А во многом ли отличаются наши партии друг от друга? Вы посмотрите по составу. По социальному составу отличаются? Ничего подобного. Центр - правый и левый - чем они отличаются? Центр - это огромное количество партий, которые топчутся на одном пятачке и пытаются доказать Президенту РФ свою лояльность, что они, якобы, поддерживают Президента, что они - его опора. Да не нужны вы, такие партии, для поддержки Президента. Фактически они пытаются за счет авторитета Президента выжить в политической среде. И, с другой стороны, левые и правые, которые декларируют свою оппозиционность в том или ином виде, но на самом деле также сотрудничают и взаимодействуют с властью. Вся эта сложившаяся политическая элита во многом одного характера, одного цвета, одной природы. Потому что социальной базы как таковой для нормальных партий, с нормальной идеологией, мировоззрением, к сожалению, нам пока в полной мере создать так и не удалось. Надо еще много поработать для того, чтобы открыть те клапаны, которые сейчас закрыты для политиков нового качества.

- Ваша Комиссия по правам человека занималась решением религиозных конфликтов? Или Бог миловал?

- Сейчас даже наши самые критически настроенные к власти правозащитные организации признают, что в этой сфере в России есть сильное продвижение вперед. Свобода вероисповедования у нас гарантирована. Нам приходилось сталкиваться с религиозным экстремизмом и принимать экстренные меры. К примеру, когда разрушаются храмы, мечети, синагоги, оскверняются памятники - это экстремизм. С одной стороны, это уголовное преступление, которым должны заниматься наши правоохранительные органы, но за этим следует целый ряд акций общественных и политических. И государство должно здесь занимать очень жесткую позицию: не давать разрастаться таким росткам. Наша Комиссия по правам человека уделяет очень большое внимание этим вопросам, чтобы не допустить фактов национального экстремизма, межрелигиозной, межнациональной и межконфессиональной розни. В Санкт-Петербурге мы провели слушания, посвященные этому вопросу, и собираемся проводить тематические мероприятия вместе с Генеральной Прокуратурой РФ. Московско-Хельсинская группа уже проводила мероприятия и акции, подготовлены документы. Это очень сложная, деликатная, тонкая тема, с учетом того, что на российском пространстве размножаются в том числе и псевдорелигиозные течения и просто секты. У нас огромное количество обращений от родителей, от тех, кто пострадал, кого просто мошенники обобрали, выгнали из квартиры, довели детей до психологического кризиса и деградации. Это оборотная сторона темы, очень сложной и очень тонкой. С одной стороны, надо соблюсти права верующих, с другой стороны - не допустить распространение сект, псевдорелигиозных течений, где люди занимаются финансовым, материальным, психологическим грабежом.

- Собирательный образ. Как выглядит женщина на политической арене в сегодняшней России? Совместимость, роль, место, имидж…

- Что касается женщин, их роль какой была, такой и осталась - она мизерная. С одной стороны, мы вроде бы пытались уйти от принципа, который был раньше, когда по квотам представляли женщин. С другой стороны, мы не создали никаких нормальных условий, чтобы те самодостаточные женщины, которые действительно обладают определенным потенциалом, могли прорваться через систему заграждения, которая есть.


Вообще, существование женщин в политике - это сейчас не правило, а исключение. Прорваться еще случайно можно, а удержаться в политике очень сложно. Особенно сложно, если ты действительно имеешь свои взгляды, свои принципы, свое определенное понимание того, что происходит. Гораздо проще, если просто "прислониться", стать одним из оловянных солдатиков, зайчиков, если женщина сознательно соглашается на то, что ее "водят". В иной ситуации - женщина - соперник, женщина - конкурент, женщина - это сложно. И не надо тут обольщаться: при всех декларативных заявлениях об усилении роли женщин, пока она весьма незначительна. Это определяет во многом лицо нашей политики. Я противник противопоставления женщин - мужчин по половому признаку. Я считаю, что ты должен быть личностью, соображать, понимать, быть стратегом - обладать всем этим набором качеств независимо от того, мужчина ты или женщина.

За четырнадцать лет в политике я наблюдала столько наших как бы мужчин, которые в худшем понимании этого слова часто по-бабски размазывали слюни. Поэтому у меня подход бесполый: важна только личность.

Картина может быть еще страшнее, когда в политику и на какие-то видные должности назначаются женщины, которые так себя ведут, что дискредитируют само понятие женщины в политике. Именно потому, что женщины выходили на трибуну и били себя в грудь: я как женщина! как мать! и так далее - именно поэтому, может быть, сейчас такой критический подход к женщине в политике. И все же я хочу сказать, что пробиваться - надо, и задача тех немногих женщин, которые существуют в политике, - пробить эту брешь. Не искусственно, не завываниями о том, что женщин мало, давайте квоты какие-то.

Хотя, наверное, и это имеет свой смысл и право на существование в нынешней ситуации. Но, в первую очередь, женщины в политике должны пробить эту брешь своим поведением, своими поступками, чтобы у людей росло доверие, что действительно есть личности, которые могут что-то изменить. Только так - потому что существует очень критичное отношение и к политикам, и к женщинам в политике. Я на себе это испытала, когда пошла на президентскую кампанию, абсолютно при этом понимая, что никаких шансов нет, но заранее психологически готовясь к тому, что будут насмешки, ирония: "О, куда?", "Еще чего!", "А зачем?", "Тоже мне!" и так далее. Вот иметь смелость, выдержать все это и не обращать внимания, если ты уверена, что это надо делать - очень важно.

Надо иметь силу, независимый характер, волю, не подлаживаться, не угождать мнениям…

Подготовила Людмила Филипович

  • Общество и власть


Яндекс.Метрика